Книга Каменная кровь, страница 58 – Мия Флор

И если меня хотели напугать ящерицей, то у них это не получится. Я остаюсь невозмутимой до конца, хоть и неприятно.

По выражению лиц мне не удается вычислить пакостника. Даже Кострис, и тот находится слишком далеко от меня.

Я сую ящерицу в карман тренировочных штанов, где она послушно затихает, и надеваю кофту, пряча оголенные плечи, вызывающие особый интерес у кадетов-парней.

После тренировки я спешу в свою комнату. Правила, по которому нельзя приносить ящериц в Горнило Камня – не существует. Очевидно, кроме меня до этого еще никто не додумался. Но раз я не могу привести Бри, то пусть хотя бы у меня будет она.

Закрываю дверь и осторожно достаю свою маленькую пациентку с переломанной лапкой. Она слабо шевелится, моргает, словно показывая свое доверие. Ищу глазами, куда бы её положить, и решаю создать временное убежище из полотенца, свернув его в гнездо на столе.

— Надеюсь, ты не против, если я тебя осмотрю? – говорю я, осторожно опуская её на мягкую ткань.

Сломанная лапка выглядит ещё хуже при ближайшем рассмотрении. Я беру набор с мазями и бинтами, которые нам выдали для ушибов после тренировок. Сегодня это понадобится не мне. Все это время, ящерица продолжает лежать на полотенце, послушно выжидая своей участи.

Не уверена, можно ли наносить эту мазь, но бинт точно понадобится, чтобы зафиксировать лапку. Отрываю мелкую полоску, пробую завязать, но страшно своими пальцами раздавить, и без того уже пораненную, лапку. А еще – неудобно, потому что громоздкие, ноющие после тренировки, пальцы, кажется, окончательно перестали меня слушаться. Найти бы маленьких палочек…

На ум приходит идея.

Я глубоко вздыхаю, вспоминая пронзительную боль, которую ощущаю каждый раз, когда пытаюсь вытянуть гематитовый стержень. Мысленно готовлюсь к этому. Потому что он мог бы мне сейчас пригодиться. А Николай так и сказал, разбираться самой.

Закрываю глаза. Вытягиваю ладонь. Почему-то пытаюсь представить маленький пинцет. Наверно, это именно то, что мне сейчас хочется держать в руках, поэтому, мысленный гематитовый стержень в моей голове превращается в подобие тонких щипчиков. Знакомая боль пронзает плечо и руку.

И происходит чудо – в ладони появляется маленький гематитовый стержень с двойным окончанием, очень походящим на пинцет, только я не могу его сгибать и разгибать – камень моментально твердеет. Но этого предостаточно, чтобы с помощью этих щипчиков, обернуть лапку ящерицы и зафиксировать на ней бинт.

— Молодец. – хвалю я послушное создание, а затем, с болью втягиваю внутрь ладони гематитовый стержень-щипчики.

Я впервые вижу настолько терпеливое животное. Не знаю сколько времени проходит, пока я наблюдаю за робкими движениями ящерицы, но уверена: я пропустила обед.

Просто я устала настолько, что даже простое пережевывание пищи кажется чем-то излишне энергозатратным…

Я даже не замечаю, как погружаюсь в сон…

И оказываюсь в мрачном и темном лабиринте. Лишь полная луна и горстка ярких звезд освещают тропинку. Меня окружают высокие каменные стены, обросшие плющом и слегка припорошенные снегом. Они давят и стискивают.

Мне жутко холодно. И еще, страшно.

Я слышу чьи-то тихие шаги. Хруст веток. А затем, чьи-то болезненные хрипы. Я выглядываю из-за очередного поворота, чтобы увидеть тело каштоуна, безвольно падающее на промозглую землю.