Книга Дотла 2. Красная королева, страница 43 – Анна Эйч

— Привет, малыш, – он на ходу целует меня в щёку, и его тёплое дыхание на мгновение смягчает ледяную корку моего отчуждения. – Спектакль уже закончился? Прошло же всего от силы полчаса…

— Нет, в самом разгаре, – меланхолично отвечаю и протягиваю номерок для получения своего пальто.

— Не понравилось?

— Всё замечательно, – забираю верхнюю одежду и отхожу к зеркалу, в котором отражается бледная незнакомка с потухшим взглядом. – Денис, нам нужно поговорить, и если честно, у меня нет желания ждать, пока закончится спектакль, это…

— Что случилось? – он мгновенно улавливает по моему выражению лица, что мне не до театральных представлений. Его брови сходятся над переносицей, формируя складку беспокойства.

— Пока ничего, – успокаиваю и позволяю ему помочь мне с пальто. Ткань ложится на плечи, будто защитный панцирь. – Поехали домой, я больше не могу здесь оставаться. Прости, что испортила вечер, но…

— Не смей! – он притягивает меня к себе, обхватив лицо ладонями. – Я не должен был опаздывать – это раз, а два – твой комфорт превыше всего. Мы поедем домой, и ты мне всё расскажешь, да?

Я благодарно киваю и позволяю увести меня с этого роскошного праздника жизни, чувствуя, как его рука, лежащая на моей пояснице, дарит мне забытое чувство защищённости. В очередной раз убеждаюсь, что он мужчина, который мне нужен. Заботливый, внимательный, рассудительный. Сколько бы у него ни было тайн и ошибок в прошлом, он умеет нивелировать это отношением в настоящем. Его поступки говорят сами за себя громче любых слов и обещаний. С ним я спокойна – моё сердце не рвётся на части, а поджилки не трясутся от страха или невысказанной боли.

С ним я могу дышать свободно, жить, не опасаясь за свою израненную душу, которая, наконец, нашла тихую гавань после долгого шторма.

Вика.

За всю дорогу я не проронила ни слова, лихорадочно пытаясь представить наш предстоящий разговор. Всего через пару минут мне предстояло сообщить моему будущему мужу, что его брат жив и здоров.

«О, и кстати, он думает, что ты работаешь на сербскую мафию, а я в это беспечно поверила, позволив себе следить за тобой».

Боже мой, это невозможно даже вообразить!

— Малыш, ты меня пугаешь, – Дэн вырывает меня из моих раздумий, пока мы входим в квартиру. – Я дам тебе время, прими душ, а я пока закажу нам ужин.

— Нет! – отрезаю я, резко поворачиваясь к нему. Он застывает с приспущенным с плеч пальто, и в его глазах читается тревога.

— Никаких ужинов! Дэн, я должна тебе сказать это прямо сейчас! – чувствую, как к глазам подступают солёные слезы, а сердце бьётся так сильно, что, кажется, вот-вот проломит рёбра. – Ты будешь поражён, вероятно, раздавлен, но я больше не могу молчать, ты должен это знать. Прости, что не сказала раньше, я должна была… должна…

— Тихо, тихо, – он подлетает ко мне и снова обволакивает своей заботой, словно тёплое одеяло в морозный день. – Я здесь, всё хорошо, ты можешь сказать, когда будешь готова. Представить не могу, что могло так тебя напугать, но уверяю, мы со всем справимся.

— Прости меня, – слезы текут по щекам, оставляя горячие дорожки на коже. Я ненавижу себя за то, что не верила ему, требовала от него честности, а сама так беспринципно врала.

— Всё хорошо, – он стаскивает с себя пальто и вешает его в шкаф. – Давай помогу, – тянется к моему и помогает мне освободиться от него, его прикосновения нежны и осторожны, как будто я фарфоровая статуэтка.