Книга Сломай мой лед, страница 43 – Анна Эйч

Любовь – это мурашки. Мурашки – это он. Он во всем, внутри, под кожей, в сердце, в моих жестах, словах, дыхании. Мне иногда кажется, что он поселил внутри меня какой-то чип, который начинает вибрировать и пускать ток по артериям стоит ему оказаться в радиусе километра.

— О чем думаешь – тихий вопрос Антона вырывает меня из своих раздумий.

Мы лежим в его постели, запутавшись в шелковых простынях жемчужного оттенка. Я обнаженная, приятно уставшая, с раскрасневшимися щеками от его щетины и парочки оргазмов, которые, как я читала, невозможно получить в первый раз. Антон полусидя играется с моими волосами, а я, расположившись между его ног и раскинув свои волосы по его груди, стыдливо прикрываю наготу шелком и думаю о том, что, если он позовет меня замуж, я не задумываясь соглашусь.

— Принцесса, ты здесь? – его грудь дрожит от смеха под моей головой – Я надеялся лишить тебя дара речи, но не в буквальном смысле, а так на пару минут, чтобы потешить свое эго.

— А мне тебя не судьба лишить? – вдруг подскакиваю я, осознавая, что Антон прекрасно знает, как доводить девушек до состояния абсолютного счастья, но знаю ли я? И сколько мне понадобится времени чтобы научится и успею ли я стать для него незаменимой в постели до того, как ему наскучит, и он захочет чего-то новенького.

— Не понял – сводит он свои брови и тянется к моему лицу, чтобы убрать прядь за ухо.

— Я ведь просто лежала и стонала, а ты… ну, тебе наверняка хотелось бы.

— Чего?

— Не знаю! Какие там трюки нужно уметь делать в постели, чтобы парни тоже лишались дара речи?

— Хм, ну можешь попробовать прыгнуть тройной Аксель?

— Я серьёзно, Соколов! – я шлепаю его по плечу.

— Да, я не договорил. Можешь прыгнуть и в шпагате приземлиться на мой…

— Все, я пошла! – я порываюсь вылезти из пастели изображая из себя обиженную.

— Все-все я больше не буду – он накрывает меня своим телом, и я оказываюсь прижата всей его грудой мышц. Затем переворачивает меня на спину, но продолжает нависать надо мной.

— К чему эти вопросы, Эля?

— Да, просто, пытаюсь просчитать, когда я тебе надоем.

— Никогда,

— Ну прям…

— Я всегда буду с тобой – он наклоняется и начинает нежно водить губами по моим. – Принцесса, я люблю тебя, с тобой у меня лучший секс, лучшая ночь, лучшая жизнь. Я люблю тебя так, что дышать сложно, мне даже все равно, любишь ли ты меня, потому что просто твое присутствие делает меня самым счастливым парнем на свете, а твое признание боюсь и вовсе разорвет мне сердце.

Я смотрю на него стеклянными глазами. И этого парня называют «русской глыбой льда»? «Айсбергом»? Нет, это самый чуткий, нежный, прекрасный мужчина на свете. Он мой чемпион и я…

— Я люблю тебя! – выпаливаю на одном дыхании.

— Тогда ничего не бойся, Эля, я с тобой.

Он накрывает мои губы в чувственном поцелуе, а я окончательно отпускаю себя, отдаю ему свое сердце в полной уверенности, что он его сохранит.

Картер

— Напомни, почему мы здесь? – спрашивает мой друг Курт, забирая полотенце и ключи от раздевалки у девушки на ресепшене.

— Мне нужно выпустить пар, а тебе согнать жиры, мне кажется отличный план.

— Вообще-то, когда к тебе прилетает твой лучший друг с другого конца света вы, обычно, идете напиваться в бар, а не таскать железо. – смеется он.