Книга Сердце на льду, страница 48 – Анна Эйч

— Должно же мне хоть где-то повезти… – шепчет девушка едва слышно и сокращает расстояние между нами до опасно близкого.

— Сена, ты пьяна… – обречённо выдыхаю я, не находя в себе сил отстраниться.

— Курт, поцелуй меня.

Фиаско. Мое имя, слетающее с её чувственных губ, искрящиеся глаза от возбуждения и пальчики, играющие с воротником моего пальто – всё это слишком для меня, запредельно сложно бороться с таким искушением.

Но нельзя. Нельзя. Нельзя.

— Доктор Максвелл, вы так громко думаете, – мурлычет Зефирка и, высунув свой розовый язычок, медленно проводит им по моим губам.

— Чёрт! – ругаюсь я сквозь зубы, ненавидя себя за слабость. Я прекрасно понимаю, что должен её остановить, оттолкнуть, прекратить это безумие по тысяче причин, но вместо этого позволяю ей приближаться всё ближе и ближе.

— Ты ведь тоже этого хочешь…

Чёртова русалка! Очарует и утянет на самое дно.

Зефирка обдаёт мою шею горячим дыханием и с томным стоном, до невозможности чувственным и сладким, снова тянет моё имя:

— Курт…

Что-то внутри окончательно ломается. Последний предохранитель сгорает безвозвратно, оставляя лишь первобытные инстинкты и голодное желание. Я резко хватаю её за бёдра и одним движением усаживаю к себе на колени.

— Я не просто хочу тебя поцеловать, Сена. Я хочу войти в тебя прямо сейчас! Жёстко трахнуть! Хочу взять тебя здесь, а потом отвезти домой и заниматься долгим грязным сексом до полного изнеможения! Поэтому прекращай эти игры! Я взрослый мужик, и в следующий раз я уже не буду таким джентльменом. Я просто нагну тебя над капотом и заставлю кричать моё имя! Ты поняла?

От возбуждения ломит тело, член буквально разрывает джинсы. Я хотел поставить её на место, но вместо этого лишь распалил себя ещё сильнее. Кажется, мои слова мгновенно отрезвили Зефирку, однако желание никуда не исчезло. Она часто дышит и судорожно впивается пальцами в мои плечи.

— Кажется, я только что кончила… ик… – её глаза округляются от удивления, щёки покрываются ярким румянцем.

— Охренеть! – ударяюсь затылком о подголовник кресла, понимая, что своей речью добился ровно противоположного эффекта.

— Доктор Максвелл… это было горячо… – прошептав обессиленным голосом, она утыкается лицом мне в плечо и затихает. Её тело расслабляется, дыхание становится ровным и глубоким.

— Сена? – осторожно спрашиваю я.

В ответ девушка лишь сонно трётся носиком о мою шею и сладко причмокивает губами.

Замечательно. Получила незапланированный оргазм и мирно уснула у меня на груди. Что касается меня самого – я даже не успел её коснуться, но чувствую себя так, будто у нас был долгий изнуряющей секс, после которого нет сил даже пальцем пошевелить.

— Надеюсь, завтра ты этого не вспомнишь… – устало шепчу я и аккуратно перекладываю её на пассажирское сиденье. Пристегнув ремень безопасности, направляюсь домой.

Зефирка явно перебрала или слишком устала: она даже не шелохнулась, когда я вытащил её из машины и уложил в постель.

В свою постель!

Укрыв девушку одеялом, я тяжело опускаюсь в кресло рядом и прикрываю глаза ладонью.

Как мне избавиться от тебя, русская сирена? Как перестать реагировать на твои провокации? Как не тащить тебя в свою спальню, не любоваться тем как ты спишь и не мечтать однажды проснуться рядом?

Она так близко – и одновременно мучительно далеко.