Онлайн книга «Маскарад»
|
Чтобы успокоиться, мне приходится обратиться к учениям таахов. Глаза закрываются, я концентрируюсь на дыхании и очищаю разум. Разберусь со всем позже, сейчас нужно идти по плану, а после… Необходимо посетить приём и проследить за тем, чтобы театр оставался в безопасности. * * * День становится всё короче, темнеет раньше. И поздний вечер, на который назначен приём, напоминает ночь, порождая давние ассоциации. Кажется, что из-за спин гостей вот-вот покажется мать: блеснут её золотистые волосы, раздастся мелодичный смех… Но её нет. Здесь только Тина, внешность которой похожа на внешность Милдред Кох… Ньюманн. Она собиралась развестись с мужем, да и я носил и продолжаю носить именно эту фамилию. Я поправляю маску на лице. Опять. Не могу перестать это делать. Людей вокруг слишком много, и их всё больше. Каждый может заметить край шрама, задать вопрос, сбить маску, увидеть уродство. От этой мысли меня мутит, но я быстро беру себя в руки и неспешно двигаюсь по залу так, притворяясь неотъемлемой частью толпы. На меня практически не обращают внимание, люди скользят взглядами друг по другу, но маски скрывают личности многих гостей. Кто-то лишь частично прикрыл лицо маской, кто-то полностью, другие и вовсе принесли маски на палочках, которые то и дело отнимают от лиц, слегка руша концепцию маскарада. Однако атмосферу помогает сохранять окружение. Приём проходит в облагороженном репетиционном зале на первом этаже. Он достаточно вместительный и просторный, а главное – презентабельный. Имперцы при строительстве явно не скупились. Потолки тут высокие, украшены лепниной, а под алебастровой розеткой сияет огромная люстра. Тысячи хрустальных подвесок на ней переливаются и блестят. Бра на стенах тоже горят, но более тёплым и тусклым светом, создавая островки уюта, в которых оборудовали места для отдыха с креслами и диванчиками. Паркет натёрли воском к приёму, а тяжёлые портьеры закрыли высокие арочные окна, не позволяя никому снаружи увидеть маскарад. Изюминкой здесь являются зеркала вдоль одной из стен. В них мелькают платья, костюмы, лица и маски, и это отражение визуально расширяет зал ещё больше, порождая иллюзию почти бесконечного пространства. Здесь пахнет деревом, какофонией чужих духов и шампанским, которое предлагают официанты в тканевых чёрных масках и строгих фраках. Помещение наполнено чужими голосами, смехом и звоном бокалов, который разбавляет музыка оркестра, притаившегося в углу зала. Это не первый официальный приём в театре, который я вижу, но первый, в котором примерил образ гостя. Обычно мне достаётся роль наблюдателя, а не участника. Впрочем, и теперь я не забываю следить за каждым человеком в зале. Знакомых лиц, помимо артистов и служащих театра почти нет. Что неудивительно, ведь мне знакомы либо те, кто засветился в громких новостях, либо те, кто связан с преступным миром. Последних нет, за что следует отдать должное Волберту. Пока приём проходит тихо, но мой взгляд то и дело возвращается к Тине. Она хихикает, перешёптываясь со своим женихом. Тот собственнически держит её за талию, и я прислушиваюсь к себе… Ничего. Мне практически безразлична их близость, хотя есть небольшое разочарование от того, что я не смог присвоить себе Музу. Но это чувство лишь задевает самолюбие, а не является ревностью, за которую я принимал его раньше, одурманенный идеей забрать Тину, как свою Музу. Очарование спало, и, пусть она талантлива, она не моя. Не та, кто должна быть моей… |