Онлайн книга «Маскарад»
|
— Я не… — Заткнись! – рявкает он. Его рука смещается ниже, обхватывая моё горло. – Ты лживая сука! Ты виновата во всём! Прячешься, думаешь, я не понимаю, что ты просто мразь, которая заляпала грязью не только меня, но и даже сестру! Больше всего хочется спросить, что он несёт, но и так ясно, что Призрак не в себе и сам вряд ли даст ответ. Его трясёт, а пальцы то сжимаются, то разжимаются на моей шее, словно он не может решить удушить свою жертву сразу или оставить на потом… — Я хотя бы не прячу своё лицо, как ты, ублюдок, – выпаливаю я. Призрак напрягается и замирает, отведя взгляд чуть в сторону. Готова спорить, он взвешивает что-то перед тем, как сделать следующий шаг. Моё сердцебиение учащается ещё сильнее от вспыхнувшего в уме предположения: Призрак покажет мне своё лицо. Настоящее лицо. Затаив дыхание, я смотрю на Призрака. Ожидание натянуто, как струна арфы, которая вот-вот лопнет и рассечёт пальцы. Во мне бушует ураган эмоций от страха, злости и раздражения до предвкушения, восторга и болезненного удовольствия, когда я замечаю, как Призрак тянется к балаклаве. Его движения медленные, будто каждое из них – часть мучительной пытки. — Хочешь увидеть? – Его голос напоминает даже не хрип, а звук трескающейся кости. Я молчу, следя за рукой, обтянутой кожаной чёрной перчаткой, за пальцами застывшими, у края балаклавы. На самом деле не просто хочу, я отчаянно нуждаюсь в том, чтобы он стянул эту проклятую тряпку с головы. Однако одновременно и боюсь этого настолько, что внутри всё сжимается в холодный твёрдый ком, камнем опускающийся под рёбрами. Не знаю, что ожидаю увидеть, но лицо Призрака до сих пор остаётся загадкой. Маска, чужой облик, шлем, теперь балаклава – всё служило барьером, необъяснимой силой, сдерживающий нас обоих от… Сама не понимаю отчего, но лицо Призрака – часть разгадки. Это лишь подтверждается, когда он наконец приподнимает балаклаву, и становятся видны шрамы… Я резко выдыхаю, почему-то ощущая глубокое удовлетворение даже от крошечного участка обнажённой кожи Призрака. Это напоминает мне о старых временах, наполненных целомудрием, когда даже щиколотки девушек могли соблазнить мужчину. Вот только сейчас это меня соблазняют всего лишь грёбаным подбородком! И самое ужасное и отвратительное – мне нравится… Нравится только сильнее, когда я вижу и его губы… Их рассекают два шрама, которые начинаются от подбородка и поднимаются выше, к носу. Хотя тот я всё ещё не вижу, мне доступны только подбородок и губы. У их уголка заметен новый шрам, словно кто-то вставил лезвие в рот Призрака и дёрнул его, располосовав щеку. Не могу сказать точно, насколько длинный это шрам, но смутно припоминаю, что уж видела похожие на его руках… Сколько же их на нём? И что случилось? Почему остались шрамы? Разве регенерация тёмных не справилась бы с ранами? Множество вопросов колоколами звенят где-то в черепной коробке, но то и дело проскальзывает другой звук. Он негромкий, но настойчивый. Он просит узнать ответ на самый важный вопрос: какой вкус у губ Призрака? Как будут ощущаться его шрамы под моим языком? Внутри поднимается нечто тёмное, нечто, что я всегда хотела скрыть, чему не могу дать название, но что наверняка поймёт Призрак… Предки! Он ведь называет меня низшим существом! Как можно даже допускать мысль о том, что… |