Книга Сыграй мою невесту, бывшая, страница 97 – Ксения Фави

Динка выдыхает. Отдает мне светлый пуховичок.

— У меня заказ крупный! И заказчик… Ну в общем, не хочу опозориться.

Насколько знаю, Дина пишет тексты для компаний — рекламы, сайтов и тому подобное.

— Мы постараемся как можно скорее, — обещаю.

Надо найти сыну няню. В сторону Динки никаких обид. У нее своя жизнь, тем более сейчас она осталась одна и только на свой доход снимает квартиру.

Мать от нее отвернулась после развода, что прискорбно.

Вспоминаю о своей маме… У нее родится второй внук. А она и с первым не познакомилась.

— Дин, давай я все-таки помогу с жильем? — переключаюсь от своих проблем на чужие. — Арендуем тебе что-то на полгода. А там видно будет.

Блондинка резко мотает головой.

— Все у меня нормально с жильем! Не парься.

Говорит как будто искренне. Странно.

— Но если что, не стесняйся, — тоже не лукавлю, — мы все-таки родня.

Тема родственников так и висит в воздухе следующие дни. Писать ли о внуке маме? Верить ли Динке, что у нее все хорошо? И главное — что принесет мне встреча с дедушкой?

Когда я вернулся домой после звонка, его помощник передал мне папку. Мужчину я узнал, к слову. Именно он за мной следил.

Разбираться с ним не стал, все обсужу с дедом. Пока лишь изучил копии документов его, отца, несколько фотографий. Одна старая вообще мне знакома, видел ее у папы. На ней мой отец со своими родителями, когда ему было лет двадцать. Незадолго до их ссоры.

Он сильно влюбился в маму, она в него. Трудно поверить, но когда-то Катерина Аркадьевна была легкомысленной и шла на поводу у эмоций. Ну и юной она тогда была, да.

Папа тоже был молод и запал на блондинку. Родители покрутили пальцем у виска.

Но он все же уехал, оборвав с ними связь, и больше десяти лет прожил в России. Почти сразу у пары родился ребенок — я.

Как я понимаю, все катилось вниз медленно. Прошла та бешеная страсть, зато на первый план вышло безденежье, разница менталитета и характеров. Мама сравнивала мужа с братом, отцом и дедом, которые были мужиками до мозга костей. В папе ей не хватало твердости.

Чтобы разбудить в нем мужика, она начала его гнобить…

Все это дед описал в письме, да я и сам помню. В общем, не будучи каким-то гиперответственным и стойким, отец сделал ноги.

Помирился с семьей, снова женился. Первую жену забыл, как страшный сон, а заодно еще и сына. Побочный эффект, так сказать. Неудивительно и не редкость.

— Я был обижен на твою мать, — говорит Мехмед Мурадов, когда мы, наконец, встречаемся в ресторане, — и убедил себя, что ты не наш. Но в день смерти сына я увидел во сне, как ты склоняешься над его могилой. Утром я попросил помощников найти тебя и окаменел, глядя на фото. Ты именно такой, каким мне приснился. Я понял, что это знак.

Лично я скептически отношусь ко всему этому. Как и к встрече. Почему и приехал сюда один. Майя и сын остались дома.

Мой дед худой и высокий. Отросшие до плеч волосы и борода серебряные от седины. А вот глаза черные и цепкие. И кажется, мне знаком их взгляд.

Его я вижу в зеркале и у своего сына.

— Я не держу обид ни на отца, ни на вас. Отпустил это… Но и эмоций к нему у меня, — вздыхаю, — не осталось. А вы для меня…

— Чужой человек? — продолжает он мою мысль, усмехаясь. — Я это понимаю. Не жду, что ты кинешься обнимать меня и целовать руки.