Книга Батя одного хулигана, страница 82 – Алёна Амурская

Глава 27. Папа всё решил

Глядя на то, как моя малышка в розовых носках уверенно стоит перед Гараниным, я почувствовала одновременно и тихую щемящую гордость за ее бесстрашие, и жуткую неловкость. После того, что только что произошло между мной и этим мужчиной в тесном салоне его машины, видеть его вот так, в моей гостиной, под прицелом моей дочери... это был какой-то сюрреализм. От одного воспоминания о его недавнем собственническом поцелуе у меня по спине снова побежали горячие мурашки.

Сашка тем временем склонила голову набок и с искренним детским любопытством поинтересовалась:

— Вы что, тоже в лужу упали, как Феникс? - она деловито переложила альбом под мышку и подошла к нему вплотную, критически оглядывая его безнадежно испорченный вид. - Вам вообще-то надо срочно руки помыть, а то микробы. Мама говорит, с улицы надо сразу в ванную идти.

Я мысленно хлопнула себя по лбу, готовая провалиться сквозь ламинат.

Боже, моя дочь в своем репертуаре... Учить грозного директора школы мыть руки - это однозначная заявка на успех.

— Саша, не приставай к Евгению Александровичу... - попыталась я вмешаться, чувствуя, как у меня предательски пылает лицо, и отчаянно надеясь, что Гаранин не заметит, какими глазами я сейчас на него смотрю.

Но он вдруг тихо рассмеялся. Затем посмотрел на свои перепачканные в подвальной ржавчине руки и покладисто развел ими в стороны.

— Твоя правда, Саша. Микробы нам ни к чему, - согласился он с неожиданной теплотой, общаясь с ней как с хорошей знакомой. - Покажешь, где тут у вас можно привести себя в порядок?

— Ага! Пошли! - Сашка, совершенно не тушуясь, бесстрашно ухватила этого бетонного мужика за два пальца и потащила его в сторону ванной комнаты.

Я осталась стоять посреди гостиной с открытым ртом. Картина того, как всесильный столичный директор покорно топает мыть руки под конвоем моей семилетней дочери, была тем еще зрелищем.

Ромка подошел к дивану, плюхнулся рядом с Феликсом, и они о чем-то тихо зашептались. Лед окончательно тронулся.

— Чай будете? - крикнула я в сторону ванной, пытаясь вернуть себе хоть какой-то контроль над ситуацией.

— Крепкий. Без сахара, - донеслось оттуда сквозь шум воды.

Я сбежала на кухню и судорожно занялась чайником, пытаясь унять дрожь в руках.. Мои шесть квадратных метров никогда еще не казались мне такими крошечными.

Спустя минуту на кухне появился Гаранин. Он уже умылся, и капли воды всё еще блестели на его висках. Он шагнул в мое крошечное кухонное пространство, и мне сразу стало катастрофически не хватать воздуха. Он занимал собой слишком много места. Его присутствие давило, заставляя меня непроизвольно вжиматься поясницей в столешницу.

Он не стал садиться за крошечный обеденный столик. Прислонился плечом к косяку двери, скрестив руки на груди, и внимательно наблюдал за тем, как я суетливо бросаю заварку в его кружку.

— Что теперь будет? - спросила я, не выдержав этого сверлящего взгляда, и повернулась к нему, скрестив руки на груди. - Она же так просто не сдастся. Она нас сожрет.

— Не сожрет, - спокойно ответил он, доставая из внутреннего кармана сложенные вдвое бумаги, которые он выбил из директрисы. Он бросил их на стол. - Теперь он легально твой подопечный. Временно. Я запущу процесс лишения ее учреждения опеки над этим мальчишкой. Подключу своих юристов из департамента.