Книга Болен тобой, страница 62 – Тина Рамм

Я же была опустошенной. Выжатой, как лимон. Теперь я чувствовала себя ещё больше загнанной в угол – ведь к этому подарку прикладывала усилия моя лучшая подруга. Как я могла отказаться? Как я могла сказать «нет», когда Лиза так старалась?

— Я не знаю, Лиз, – я прикусила губу, чувствуя, как внутри всё сжимается. – Как-то некрасиво с моей стороны оставлять вас всех одних. Боюсь, что дядя Витя и тётя Оля обидятся. Они столько всего подготовили...

Лиза отмахнулась, словно я сказала какую-то ерунду.

— Да брось, Варька! Они все поймут, не переживай. Я все им объясню. Скажу, что ты уехала с принцем на белом коне, – она хихикнула и подмигнула мне. – Они будут только рады. Мама вообще расплачется от умиления, вот увидишь.

Я прикусила губу сильнее, чувствуя металлический привкус.

— Ну ладно...

— Хорошей ночи, именинница! – подруга подмигнула ещё раз – Пора сбросить этот балласт, а?

Лиза умчалась обратно к столу, за которым Левушка уминал уже третий кусок торта, размазывая крем по щекам, а Ольга и Виктор о чём-то тихо беседовали, склонившись друг к другу.

Балласт? Господи, она же не имела в виду мою девственность?

К Рафаэлю я возвращалась еще более напряженной. Благодаря словам Лизы я начала догадываться о подготовленном сюрпризе, и от этой догадки у меня по спине побежали мурашки.

— Готова? – Рафаэль улыбнулся и по-свойски положил ладонь на мою поясницу. Его пальцы были теплыми, но от этого прикосновения меня не бросило в жар. Наоборот – внутри стало холодно.

— Готова, – соврала я, и мы вышли из банкетного зала в тихий, приглушенный коридор отеля, где пахло свежими лилиями и дорогим паркетом.

Горло сжалось так, что я едва могла дышать. Он завёл меня в лифт, и зеркальные стены сомкнулись вокруг нас, отражая нашу пару… Его, сияющего, уверенного, и меня, бледную, с натянутой улыбкой, словно куклу, которую дернули за ниточку.

Я сжимала цепочку от клатча так, что металл врезался в ладонь, и нервно улыбалась в ответ, потому что Рафаэль смотрел на меня так, словно готов съесть.

Его голубые глаза блестели, как ледяные осколки, и он улыбался голливудской улыбкой, демонстрируя ровный ряд белоснежных зубов – улыбку человека, который знает, что всё идёт по его плану.

Лифт остановился на девятом этаже, и двери раскрылись с мягким шипением. Всё также держа руку на моей пояснице, Рафаэль повёл меня по длинному коридору, застеленному мягким ковром, который глушил наши шаги. Номер девятьсот второй. Я смотрела на золотые цифры на двери и чувствовала, как внутри нарастает паника.

Вынув карту из заднего кармана пиджака, он поднес ее к сенсору. Замок щелкнул, и дверь приоткрылась. Меня парализовало напряжением. Я стояла на пороге, не в силах сделать шаг, как кролик перед удавом.

Внезапно его телефон завибрировал. Он достал его, посмотрел на экран, и его улыбка дрогнула. Я уже прошла в номер и замерла в прихожей, застеленной плюшевым ковролином, который проминался под каблуками.

— Чёрт… – выругался он, нахмурившись.

— Что такое?.. – я подняла на него глаза.

Его глаза нашли моё лицо, и в них на секунду мелькнуло что-то похожее на досаду.

— Мне нужно отойти. Я ненадолго. Ты пока располагайся.

Он наклонился, поцеловал меня в щеку и вышел. Дверь за Рафаэлем захлопнулась, и я осталась одна.