Книга Куколка против Вен(л)ика, страница 20 – Нелли

Офис пришел в движение. Люди засуетились, клавиатуры застучали, но каждый второй сотрудник теперь старался выпрямить спину и поправить галстук. А Лика, глядя в окно, едва заметно улыбалась. Она знала, что через час Паша обязательно найдет повод вернуться, чтобы обсудить с ней если не Канта, то хотя бы состав ее тонального крема. И это было самое веселое утро за весь последний квартал.

В дальнем углу Светлана Петровна тихонько отчитывала стажера:

— Ты слышал? Мезоморфный тип телосложения! А ты мне вчера что говорил про конституцию тела? Учись, пока Лика жива!

Жизнь в «Саров и Ко» вернулась в свое привычное, немного безумное русло, но в воздухе все еще отчетливо витали слова на латыни и запах дорогого хайлайтера — аромат победы интеллекта над здравым смыслом.

Вениамин, пошатываясь, вышёл из кабинета. Он ожидал увидеть разбитые вазы, Лику, читающую сказку про «репку», или, в худшем случае, Пашу, рисующего на обоях экзистенциальную бездну. Вместо этого он наткнулся на стену из чистой, дистиллированной гениальности.

— Паша, радость моя, — пролепетал Вениамин, протягивая медведя, — я тут тебе...

— Папа, не мешай, у нас тут кризис методологии! — не оборачиваясь, бросил Паша, поправляя очки мизинцем. — Лика утверждает, что при смене выбора в парадоксе Монти Холла вероятность выигрыша удваивается, но она совершенно игнорирует психологический фактор ведущего!

Лика, в этот момент эффектно подводившая губы ярко-алой помадой, даже не смотрела на доску. Она смотрела в зеркальце, но её рука с маркером при этом безошибочно вычеркивала лишние переменные в уравнении.

— Золотой мой, — промурлыкала Лика, — психология — это для тех, кто не умеет заглядывать в статистику. Если ты будешь опираться на чувства в теории вероятности, единственное, что ты выиграешь — это бесплатный билет в ряды пролетариата. Смотри сюда.

Она легким движением начертила на доске формулу Байеса, украсив букву «B» маленьким сердечком со стразами.

— Лика... — Вениамин наконец обрел дар речи, — ты... ты откуда это знаешь? Это же спецкурс мехмата! Ты же вчера полчаса выбирала цвет скрепок под цвет своих туфель!

Лика повернулась к нему, одарив такой лучезарной и «пустой» улыбкой, что Вениамин на секунду засомневался, не пригрезились ли ему формулы.

— Вениамин, не отвлекайся. Цвет «пыльная роза» идеально гармонирует с цветом твоих глаз, когда ты в предобморочном состоянии, — она снова повернулась к Паше. — Итак, профессор недоделанный, если ты не признаешь правоту моей дедукции, я расскажу всем, что ты до сих пор спишь с включенным ночником в виде динозавра.

Паша надулся, его маленькие щеки стали пунцовыми.

— Это был логический выбор! Динозавры отпугивают ночных монстров своей хищной природой! Ладно, Лика, ваш аргумент с распределением Гаусса... допустим, он имеет право на жизнь. Но только если мы признаем, что ваш хайлайтер ослепляет не только меня, но и здравый смысл!

— Шах и мат, малявка, — Лика победно щелкнула колпачком маркера. — Иди ешь свой йогурт, пока я не начала объяснять тебе теорию струн на примере твоих распустившихся шнурков.

Вениамин медленно осел в офисное кресло. Медведь выпал из его рук. Он понял, что всё это время пытался управлять не «глупенькой секретаршей», а квантовым компьютером в корпусе Барби, который, к тому же, обладал черным поясом по сарказму.