Книга Куколка против Вен(л)ика, страница 16 – Нелли

И тут случилось неизбежное. Режим «Ультра-Хард-Кор» оказался слишком тяжелым даже для современных технологий. Или, что вероятнее, у Лики просто иссяк запас жизненных сил. Её правая нога вильнула, она задела край тренажёра, и...

В это же мгновение цепь на байке Вениамина (или его колено, он потом так и не признался) издала подозрительный звук, и он, потеряв равновесие, буквально свалился с седла.

Лика, пытаясь не улететь в стену, нажала на кнопку аварийной остановки. Дорожка замерла с таким звуком, будто её только что пытали. Лика рухнула на колени прямо на полотно, тяжело дыша и не в силах поднять голову.

Рядом, прислонившись спиной к своему байку, на полу сидел Вениамин. Его грудная клетка ходила ходуном, а глаза были закрыты.

В зале повисла тишина. Даже музыка, казалось, стала тише, отдавая дань уважения двум безумцам.

— Ну... что... — через минуту выдавила Лика, утирая пот тыльной стороной ладони. — Кто... свалился... первый?

Вениамин приоткрыл один глаз.

— Мы... упали... синхронно. Это... статистическая... погрешность.

— Никаких... погрешностей, — Лика наконец нашла силы сесть, скрестив ноги. — Вы... первый... издали... звук... раненого... мамонта.

— Я... просто... прочищал... горло, — Вениамин попытался поправить чёлку, но только размазал пот по лбу. — А ты... бежала... так... будто... за тобой... гналась... стая... голодных... кредиторов.

Они посмотрели друг на друга. Оба красные, взмокшие, растрепанные, бесконечно далекие от своих идеальных офисных образов. И вдруг Лика начала смеяться. Сначала это был тихий хрип, переходящий в хихиканье, а потом она просто расхохоталась, запрокинув голову.

— Вениамин... вы... ты видел... свое... лицо? — выдавила она сквозь смех. — Ты... выглядел... как... человек, который... пытается... догнать... уходящий... поезд... в... открытый... космос!

Вениамин не выдержал и тоже криво усмехнулся, что для него было эквивалентом бурного веселья.

— А ты... Лика... была... похожа... на... белку... в... колесе... апокалипсиса.

Они сидели на полу среди блестящих тренажёров и дорогих фитнес-ковриков, и весь мир казался им в этот момент чем-то второстепенным.

— Ну и... как... мы... решим... вопрос... с... проектом? — Лика наконец выровняла дыхание, хотя сердце всё ещё пускалось в галоп при каждой попытке встать.

Вениамин тяжело поднялся, цепляясь за руль байка, и протянул ей руку.

— Признаем... ничью. Но... с одним... условием.

Лика ухватилась за его ладонь — она была горячей и твёрдой. Он рывком поднял её на ноги, и на мгновение они оказались очень близко. Лика почувствовала запах его парфюма, который теперь смешался с запахом честных усилий, и это почему-то показалось ей гораздо приятнее, чем его обычная стерильность.

— Какое условие? — подозрительно прищурилась она.

— После... такого... марафона... мы... обязаны... съесть... по самому... вредному... бургеру... в этом... городе, — Вениамин посмотрел ей прямо в глаза, и в его взгляде впервые не было ни тени сарказма. — И никаких... салатов. Это мой... спортивный... ультиматум.

Лика широко улыбнулась, чувствуя, как злость окончательно испарилась, оставив вместо себя приятную легкость во всем теле.

— Ну, если это ультиматум... То я принимаю вызов, Вениамин. Но чур, платишь ты. За моральный ущерб моим икрам.