Книга Разбей мое сердце, страница 96 – Ольга Дашкова

— Я предложила ему пари, – начинаю медленно. – Сказала, что заставлю его влюбиться за три месяца. Он согласился. Мы начали встречаться, и все было… по-разному все было. Но я делала заметки, для курсовой, как я себе говорила. А на самом деле… не знаю зачем. Может быть, чтобы чувствовать контроль над ситуацией.

— И что дальше?

— Дальше я поняла, что сама влюбилась. По-настоящему, и испугалась. Потому что это означало, что я потеряла контроль. Что игра превратилась в реальность. И я не знала, что с этим делать.

— А парень?

— Он тоже влюбился. Я так думаю, я так хочу думать. И когда узнал про записи… – голос дрожит. – Он почувствовал себя обманутым. Использованным. Подопытным кроликом.

— И был прав.

Слова дедушки болят, но я не спорю. Он прав.

— Да, был прав. Я думала, что изучаю его, а на самом деле просто… играла с ним. Превратила наши отношения в эксперимент.

— Почему?

— Не знаю, – вытираю слезы рукавом. – Может быть, потому что так проще. Когда ты наблюдатель, ты в безопасности. Ты не рискуешь. А когда участвуешь… тогда можно пострадать.

— И пострадала?

— Да. Но больше всего я причинила боль ему.

Дедушка кивает, как будто я подтвердила то, что он и так знал.

— И теперь сидишь здесь, пишешь ему сообщения и стираешь их.

— Откуда ты знаешь?

— Уже четыре недели наблюдаю. Каждый вечер одно и то же. Сидишь, плачешь, что-то набираешь в телефоне, потом стираешь.

Мне стыдно. Неужели я настолько предсказуема?

— Что мне делать, дедуль? – шепчу. – Как мне исправить то, что нельзя исправить?

Он долго молчит. Потом поворачивается ко мне.

— Вера, хочу рассказать тебе историю. Про твою бабушку.

Удивленно поднимаю голову, дедушка редко говорит о бабушке. Она умерла давно, и для меня она скорее теплое воспоминание, чем реальный человек.

— Мы поженились в девятнадцать лет. Молодые, глупые, думали, что любви хватит на все. А через два года я сделал ошибку. Изменил ей.

Ошеломленно смотрю на него. Дедушка? Изменил бабушке?

— Не смотри так, – усмехается он, заметив мое выражение лица. – Я тоже был молодым дураком когда-то. Подумал, что женат слишком рано, что упускаю что-то в жизни. В общем, завел роман на стороне.

— И что случилось?

— Твоя бабушка узнала. И сказала мне именно то, что я заслужил. Что я подлец, что она мне не верит, что между нами все кончено.

— Но вы же не развелись.

— Нет, не развелись. Но могли, – он смотрит на звезды. – Я целый год пытался ее вернуть. Писал письма, приходил, просил прощения. Она даже разговаривать со мной не хотела.

— И что изменило ее мнение?

— Одно письмо. Последнее. В нем я не просил прощения, не обещал измениться, не клялся в вечной любви. Я просто рассказал правду. О том, какой я был. О том, почему поступил именно так. О своих страхах, слабостях, о том, как сильно жалею.

— И она простила?

— Не сразу. Сначала согласилась поговорить. Потом дала мне шанс доказать, что я изменился. А потом, через два года, мы снова стали мужем и женой. И прожили вместе много лет.

Молчу, переваривая его слова.

— Дедуль, ты хочешь сказать, что я должна написать ему?

— Хочу сказать, что есть вещи, которые нужно говорить важным людям, пока не стало слишком поздно, – он поворачивается ко мне. – Ты можешь просидеть здесь все лето, строча сообщения и стирая их. А можешь взять и сказать то, что должно быть сказано.