Книга В разводе. Лоскутное одеяло сердца, страница 7 – Лана Полякова

— До свидания, Славка! Я уверен в нашей скорой встрече!

Он единственный сокращал моё имя так. Это обращение резануло застаревшей болью, и я, плюнув на то, как выглядит мой побег со стороны, чуть ли не вприпрыжку рванула вслед за подругой и нырнула в салон абсолютно не прогретого автомобиля.

Первые двадцать минут Агата молчала. Только резко вырулила со стоянки, да агрессивно перестраивалась в потоке машин, поджимая губы. Я тоже не спешила ничего говорить. И бездумно пялилась в боковое окно, не замечая ни города, ни его жителей, ни погоды.

Лицо Никиты в тот момент, когда я захлопнула дверцу Агатиной машинки, стояло перед моим внутренним взором. И я с болезненным упоением вспоминала каждую чёрточку, каждую морщинку вокруг его глаз.

Никита сильно поменялся со времени нашего расставания. И время, не щадя его юношеского очарования, превратило Крылова в настоящего брутального красавца.

За все семь лет я старалась не вспоминать Ника. Чтобы не бередить себе раны. Я не лазила по соцсеточкам в поисках фотографий, не серфила по поисковикам информацию о бывшем муже. Я жила, отчаянно зажмурившись и отгоняя образ Никиты от себя подальше. И привыкла так жить. Честно сказать, я практически поверила, что забыла его.

Но видимо, ошиблась.

Судьба любит посмеяться над людьми. Встреча в реальности с бывшим мужем выбила из меня все семь лет иллюзий, что я успокоилась и забыла его.

Ничего я не забыла! К сожалению…

У меня не было ни единого шанса устоять перед Никитой, когда мы встретились. Я буквально упала ему в руки посреди фойе университета перед мраморной лестницей, очередной раз споткнувшись.

Рядом с ним я часто падала, словно в насмешку, упала и сегодня. Ничего не меняется…

Оглядываясь назад, в то далёкое время, я не понимаю, почему он выбрал меня. Не самая красивая, не самая умная и совсем не перспективная обычная девчонка из провинции, я не понимаю, чем смогла его привлечь?

Он был на целую жизнь меня старше и опытнее. После армии и самостоятельной жизни, после трёх долгих лет вахтовиком на скважине, Никита был взрослее нас всех. Он без труда просчитывал все потуги университетских красоток очаровать его. И я верила ему, как себе.

Сказать, что я была влюблена в Никиту Крылова – это ничего не сказать. Я боготворила его. Он был для меня всем – и возлюбленным, и пропавшим отцом и братом. Он был – вся моя жизнь.

Я была уверена, что мы совпадаем с ним всеми впадинками и выпуклостями, что мы дополняем друг друга в совершенстве.

— Мира! Что это было? – выдернула меня из воспоминаний Агата.

Повернулась в мою сторону и резко сказала:

— Что ты теперь рыдаешь? Возьми в бардачке воду и салфетки!

Приложила ледяные ладони к лицу и с удивлением вытерла мокрые щёки. Я не рыдала уже сто лет. Уже решила, что переросла эту манеру и что жизнь достаточно обтесала меня. Что больше не будет в моей жизни слёз из-за Крылова. Но видимо, я снова ошиблась.

— Ты вела себя, как сумасшедшая! Как подросток в пубертате, а не взрослая и ответственная женщина! Я ужасно зла, Мир. Это глупость несусветная! – возмущалась Агата, но судя по тону, её уже отпустило и говорит она больше для формы.

— Я не ожидала сама от себя такой реакции, поверь, – проговорила, сделав глоток ледяной воды.

Помолчала, глядя на пыхтящую подругу, и предложила: