Книга Холод татами, страница 94 – Женя Онегина

Потом. Все потом. Жизнь привычно разделилась на «до» и «после» поединка.

В машине по дороге в Храброво я умудрился уснуть, чем вызвал волну насмешек. Мои друзья умели задеть за живое. А я закрывал глаза и думал о том, как трепетала в моих руках Вера, когда я прижимал ее к себе, согревая в объятиях. Как стонала мне в губы, когда я бездумно терзал ее рот. Не имея сил оторваться. Пора признать, что я схожу с ума. И это самое страшное, что могло случиться со мной перед поединком.

В Москве шел мокрый дождь со снегом. Киевское шоссе превратилось в месиво. Грязь, не прекращая, летела из-под колес проносящихся мимо автомобилей и била в лобовое стекло. Противно скрипели дворники. Таксист, русский дядька лет пятидесяти, что-то выспрашивал о том, откуда мы. Сидевший впереди Жданов сдержанно отвечал. Владислав, непривычно возбужденный, смотрел в окно на плотный поток машин, на огни торговых центров, на серое ноябрьское небо.

Я же достал телефон и набрал сообщение:

Мы в Мск. Скоро будем дома.

Ответ пришел сразу:

Удачи.

«Спасибо», – прошептал я одними губами, а написал другое:

Она мне пригодится.

Русланов, вернись невредимым.

Я хотел написать «обещаю».

Но не стал. Кто я такой, чтобы обещать невозможное.

Машина свернула в знакомый двор.

— Детишки, просыпаемся, встаем! – пропел Жданов. – Не забываем свои вещи и говорим дяде спасибо!

Водитель бросил на нас ошалелый взгляд.

— Не обращайте внимания, – поспешил я его успокоить. – Его слишком часто били по голове.

Жданов хмыкнул, Владик неприлично заржал и немедленно получил от меня подзатыльник.

— Удачи, ребят! – пожелал нам дядька.

— Она нам пригодится, – серьезно ответил Жданов, слово в слово повторяя мое сообщение Вере.

Пригодится…

Квартира выглядела пустой и заброшенной. Бросив сумку у двери, я скинул ботинки и прошел на кухню. Раздвинул занавески и открыл окно в надежде разогнать осеннюю хмарь и затхлость. Дернул смеситель, и кран недовольно хрюкнул. Только тогда я вспомнил, что перекрыл перед отъездом воду.

В ванной чертыхнулся Жданов, привыкший всегда и везде первым делом мыть руки. Я открыл стояк и не без труда нашел необходимые вентили. Кран загудел и снова хрюкнул, а потом ударил струей ржавой воды. Жданов ругался уже в голос. Обстоятельный Влад по-хозяйски залез в холодильник и предложил:

— Я за продуктами. Жрать нам что-то нужно, особенно тебе, хотя Артур и считает иначе.

— У него взвешивание послезавтра. Какое жрать!!! – рявкнул Жданов из коридора.

— Шпинат и обезжиренный творог! – воскликнул я возмущенно и даже вскинул руки, сдаваясь. – И индейка на пару!

— Влад, ты меня понял? Никакой дичи!

— Обижаешь, Жданов, – возмутился Измайлов и потянулся, демонстрируя идеальный пресс. Мелкая сволочь. И гибкий, зараза!

— Влад, прекрати дразнить подсудимого, – проговорил Артур. – Иначе мы к пятнице получим голодный обморок. Господин Русланов завистлив и честолюбив.

Я усмехнулся.

— Тогда, если никто не хочет составить мне компанию, я пошел, – сообщил Влад.

— Иди, – отпустил его Артур. – Макс, тренировка в семь вечера. Потом бассейн. И настоятельно рекомендую днем поспать.

— Поедим, и лягу.

— Я пока сгоняю за машиной, заодно проверю свою квартиру и жильцов, Ксю просила. – Жданов недовольно поморщился, а я подумал, как сегодня не повезет его арендаторам.