Книга Красный Сокол, страница 5 – Аврора Пайель

Прикуривая сигарету, тяжело вздыхаю. Я делаю первую затяжку, а затем резко выдыхаю едкий дым. Меня душит кашель напополам со смехом. Это тоже «временная мера». До отстранения я к сигаретам не притрагивался. Спорт, соревнования, команда были моей жизнью. Кажется, все так давно рухнуло, хотя прошел всего месяц. Подумать только, я стал изгоем за какой-то жалкий месяц…

Я тушу сигарету о подошву ботинка и стряхиваю пепел со штанины. Хотя бы моя красотка еще со мной. Поддаю газу, и движок ревет. Я не собираюсь сидеть здесь и ждать, пока кто-нибудь переставит свою машину, чтобы я смог заехать в гараж. Загоняю байк на лужайку, подальше от гуляк – пусть только попробуют поцарапать мою крошку. Черт, кажется, я попал в клумбу… Ничего, старина Фрэнк простит – только свожу его племянницу на ярмарку. К счастью, Эмма меня обожает.

Я осматриваюсь по сторонам: кажется, меня никто не видел. Спрятав в багажник шлем и перчатки, иду к дверям. Быстро ввожу код на домофоне и натягиваю капюшон.

«Давай без сцен… тише воды, ниже травы», – повторяю я про себя, прибавляя шаг. Проще сказать…

Я напряжен, как натянутая струна. Черт, кажется, будто все на меня пялятся. Но если кто-то посмеет прокомментировать мое появление, клянусь, я набью ему морду. Неделями я жил в тени, надеясь, что этот ад наконец прекратится, и вот я на грани срыва. Я сжимаю кулаки, заставляя себя идти вперед, во мрак. Пустые пластиковые стаканчики яростно хрустят под моими ногами. Я открываю дверь и оказываюсь на кухне. Здесь царит полумрак. Около дюжины незнакомцев бродят по комнате в поисках выпивки – кажется, они меня не узнали. Оглядываясь по сторонам, пробираюсь к холодильнику – не помешает чего-нибудь раздобыть. Вдруг мне на плечо ложится чья-то рука. Готовый дать отпор, я резко разворачиваюсь.

Испуганный Фрэнк поднимает руки и пятится:

— Эй-эй, полегче, приятель! Я пришел за льдом.

Бывший нападающий «Хаски» на мгновение замирает, видимо ожидая моего ответа, но я молчу. Я не скажу ни слова. Когда я на взводе, как сегодня, мне лучше держать рот на замке, не то обязательно ляпну какую-нибудь глупость. Язык мой – враг мой.

— Весь день тебя не видел. Ты как, порядок? – спрашивает Фрэнк настороженно.

Он смотрит на мое лицо, затем на руки. Его взгляд задерживается на ссадинах, украсивших мою правую щеку и костяшки пальцев, которыми я надавливаю на дверцу холодильника. Я качаю головой, прежде чем он сделает какие-то выводы.

— Да шлепнул тут кое-кого и первым делом примчался к тебе – перекусить. Расслабься, мужик, я только из зала.

— Ладно, как скажешь. Загремишь за решетку – апельсины носить не буду.

— Какое облегчение: ненавижу апельсины.

— Не умничай, Вест. Я волнуюсь за тебя.

— Пап, можно я уже пойду в свою комнату?

— Да-да, очень остроумно. Не останешься? Пропустим по стаканчику за начало учебного года…

— И заодно пообщаемся с «Хаски» в полном составе? Не, я пас. Лучше сразу в окно.

— Даже так? Ну вперед, я мешать не стану.

Он показывает мне средний палец и уходит, но вдруг оборачивается:

— Кстати, это так, к слову, из «Хаски» здесь только двое. Остальные тренируются с новичками или просто не пришли. Так что слабая у тебя отговорка.

В ответ я корчу расстроенную гримасу. Но мне нужно узнать кое-что еще.