Книга Присвоенная, страница 9 – Виктория Волкова

— Это я в Дубае покупала, — легкомысленно отмахивается Лейла. — Мурад тебя туда обязательно свозит.

Мурад... Свозит?

Сердце снова колотится как бешеное. Я даже представить не могу, как останусь с этим мужчиной наедине. Он властный, большой и подавляет меня.

— Так! Платье выбрали, — командует Наина. — Теперь бегом в душ. Но долго там не задерживайся. Придут стилист и визажист... У меня хорошие. Я их из Москвы привезла.

— Зачем? — охаю я. Растерянно заламываю руки и в ужасе смотрю на новых родственниц.

— Ну как зачем? — переспрашивает Наина. — Тебе повезло. Я фотосессию хотела замутить. А тут Мурад жениться надумал.

Когда через час с небольшим я вместе с девушками спускаюсь на первый этаж, то сразу попадаю под прицельный взгляд Мурада. Он стоит у подножия лестницы в идеальном черном костюме и белой рубашке. Руки небрежно засунуты в карманы брюк, волосы тщательно причесаны, если можно уложить волосок к волоску короткий ежик, а глаза улыбаются.

— Ты очень красивая, — выдыхает он, стоит мне спуститься с лестницы. — Пойдем, Белла, — моя ладошка тут же попадает в захват сильных рук. — Мулла уже едет к нам. А мне нужно вручить тебе махр. Наедине, — косится на любопытных родственниц. И те замирают на месте.

Не устаю поражаться власти этого мужчины. Она абсолютная и беспрекословная. Никто не в праве перечить Мураду. Даже по малейшему поводу.

Кто-то тяжело спускается со второго этажа. Машинально торможу из любопытства.

— Прошу, — не обращая внимания на шаги на лестнице, распахивает дверь Мурад. Пропускает меня в богато обставленную комнату. Диваны с гнутыми ножками, какие-то старинные картины на стенах и резные горки, расставленные по углам комнаты. Все очень красиво и уместно.

Торшер с цветастым мозаичным абажуром бросает на комнату мягкий приглушенный свет и причудливые тени. Всматриваюсь в рисунок. Виноградная лоза с гроздьями и какие-то диковинные птицы.

— Прошу, Белла, — подводит меня к двухместному дивану Мурад. Будто приказу, повинуюсь его просьбе. Присаживаюсь на самый краешек дивана. Держу спину ровно, как учила бабушка. Складываю руки на коленях и даже перестаю дышать от страха.

— Наш брак — дело решеное, — улыбается Хафизов, наклоняясь надо мной. — Сегодня ты станешь моей женой, — произносит совершенно спокойно, как будто наша свадьба — давно известный факт. — Как твой будущий муж, я хочу все сделать по закону, — достает он из кармана бархатный мешочек. Совершенно равнодушно вытряхивает на ладонь сверкающее колье. — Бриллианты, платина, белое золото. Ручная работа, — объясняет он, как экскурсовод в музее. — Держи, — протягивает украшение мне. Но и сам не выпускает его из пальцев. Помогает уложить ожерелье у меня на груди. — Повернись, — то ли просит, то ли приказывает. И застегнув замок, ведет пальцами по камням.

— Колье старинное и очень дорогое. В случае развода ты сможешь продать его и безбедно жить несколько лет, — шепчет Мурад, усаживаясь рядом. А у меня сердце замирает от его близости. Даже дышать перестаю от страха и... желания. — Но я очень хочу, Белла, — жарко выдыхает Хафизов, слегка касаясь большим пальцем моей щеки, — чтобы ты передала это украшение нашим детям, а они — нашим внукам и правнукам...

«Он собирается жить со мной до глубокой старости? Зачем я ему?» — охаю мысленно. А подняв глаза, произношу тихо.