Книга Эльфийская физика страсти, страница 2 – Алина Хэйс

Я приземлилась плашмя, носом в траву. Трава пахла так, будто её поливали духами «Шанель №5», и это была первая подозрительная деталь. Вторая - вместо школьного линолеума под моими щеками оказался мох. Третий - надо мной склонились лица. Красивые, бледные, с торчащими из волос острыми кончиками ушей.

— О, - сказал один, самый высокий и наглый, с глазами как у сиамской кошки, - пробудилась избранная.

— О, - повторил второй, с крыльями на спине (это уже перебор), - она такая… большая.

Я медленно поднялась на карачки, ощутив, как с моего плаща (да, в чём я летела, в том и приземлилась) ручьями стекает неизвестная жижа, и сфокусировалась на первом говоруне.

— Слушай, Кот в сапогах, - сказала я, пытаясь отдышаться и чувствуя, как в груди разгорается то самое знакомое раздражение, которое обычно предшествует учительскому разносу, - во-первых, я тебе не «избранная», а Анна Сергеевна, если на «ты» - то просто Анна, но с большой буквы, потому что я тут главный специалист по точным наукам. Во-вторых, если ты сейчас не скажешь, где тут туалет и что это за хрень с ушами, я на практике докажу, что второй закон термодинамики работает даже в параллельных мирах - я просто нагрею тебя трением о мою подошву.

Он моргнул. Крылатый позади него икнул.

Я огляделась. Лес. Странные грибы светятся. Где-то журчит ручей. Никаких тебе розеток, ни одной антенны сотовой связи, даже лавочки нормальной нет, чтобы присесть и перевести дух.

— Ну, - выдохнула я, - добро пожаловать в мою новую жизнь, Аня. Ты хотела, чтобы тебя уволили за хамство? Вот тебе, пожалуйста, «вольный стрелок» в мире эльфов. Блин, надо было идти в литературный кружок.

Первый эльф, тот, с наглыми глазами, шагнул вперёд, попытался взять меня за руку. Я отдёрнула ладонь, как от раскалённого утюга.

— Не надо меня трогать, - рявкнула я. - У тебя руки холодные, а у меня сейчас скачок давления. Скажи, как тебя зовут, и куда тут идти есть.

— Эриандиль, - произнёс он с таким пафосом, будто это имя должно было заставить меня рухнуть на колени, - Хранитель Света. Ты призвана пророчеством.

— Ага, - я поднялась, отряхнула свой костюм, который теперь был похож на тряпку, замоченную в зелёнке, и ощутила, как голодно рычит мой желудок. - Пророчество, значит. Я, знаешь ли, тоже пророчествовала, что этот день закончится котлетой с пюре. Где тут столовая?

Эриандиль растерялся. Крылатый прошептал ему что-то про «энергетический дисбаланс» и «отсутствие эльфийской грации».

Я вздохнула. Собрала волю в кулак, прикинула на глаз возраст этого красавчика (лет пятьсот, ну или просто хорошо сохранился), поняла, что он страшно красив, но страшно бесит, и выдала финальную фразу, которая, как оказалось потом, стала моей визитной карточкой в этом мире:

— Слушай, Эрика, или как тебя там. Если ты сейчас же не проведёшь меня к нормальному туалету и буфету, я запишу тебя в свой мысленный список «подопытных для эксперимента по проверке закона сохранения твоего эльфийского самомнения». Оно у тебя слишком большое, я замерю объём и докажу, что оно противоречит принципу Архимеда. Потому что вытеснять такой объём чужого мнения может только человек, который готов утонуть в собственном величии.

Он открыл рот, закрыл, потом медленно улыбнулся - странной, злой улыбкой, от которой у меня мурашки побежали по позвоночнику, и совсем не от холода.