Книга Порочный бывший муж, страница 52 – Элена Макнамара

Я молчу. Язык прилип к нёбу. В горле – ком. В глазах начинает печь от непрошеных слёз.

Обидно. Больно. Несправедливо.

Кирилл делает глоток кофе. Шипит, обжигая губы. Ставит чашку на скамью и вновь смотрит на меня. Проводит языком по обожжённой губе.

— Не молчи, Лесь. Говори. Пять лет тебя не слышал.

Медленно встаю и выливаю кофе «за борт» беседки. А хочется бывшему мужу в лицо. Выкидываю стаканчик в урну.

— Нам с Милой на всё хватает, – наконец говорю я, игнорируя дрожь в голосе. – Она сыта, одета, обута. И игрушки у неё есть. А тренер в бассейне – мой знакомый, и нам это ничего не стоит. Логопед – сестра подруги. Она берёт недорого. Дефектолог бесплатный. Я отказываю во многом себе, но не Миле. Ещё есть какие-то вопросы?

— А нормально не хотелось жить? Со мной! На полном обеспечении!

— С тобой и нормально – две вещи несопоставимые, Кирилл. Отстань от нас, пожалуйста. Уезжай в свою Германию. Неужели за пять лет ты не обзавёлся там потомством?

Его ноздри агрессивно вздрагивают, скулы заостряются.

— Не обзавёлся.

— Ты прости меня, Кирилл, – без всякого сочувствия смотрю ему в глаза. – Но такому, как ты, наверное, нельзя быть отцом. Спасибо за кофе.

Разворачиваюсь и выхожу из беседки.

— Леся! Быстро вернулась!

Ни черта так не будет! Он мне больше никто.

— Лесь, не делай так! Либо мы говорим, либо…

Сбегаю в номер, не дослушав. Зачем мне слушать его угрозы? Я и так знаю, что будет дальше.

Срываю пиджак. Воспоминания душат. И слёзы тоже душат.

***

Пять с половиной лет назад.

– Я домой хочу, – по-детски надуваю губы. Глажу свой аккуратный животик. – Мне эти больницы уже поперёк горла.

Кирилл утешающе целует меня в лоб.

– Ещё недельку, родная. Мы же так долго ждали, когда Рощин выйдет из отпуска.

Рощин – лучший специалист в городе.

– Ты же знаешь, что я опять застряну здесь надолго, – прижимаю ладонь мужа к своему животу. – Мы с малышом скучаем по папе.

– Папа рядом, – гладит меня Кирилл. – Папа думает о вас каждую секунду.

Сестра свекрови бесцеремонно вмешивается в наш разговор.

– Ну чего нюни развели? Слабенькая нынче молодёжь пошла. Ребёнка выносить не могут. Лежи себе спокойно, Олеся. Если понадобится – до самых родов.

Это так мерзко звучит… Словно я не имею права немного расклеиться, устать от бесконечных обследований и уколов… Да и вообще… Кажется, что больничные стены делают только хуже. Я всё время в стрессе. И Кирилла чаще всего рядом нет. Они с Эмилем открывают новый клуб. Мне дурно об этом даже думать.

– Галина Владимировна, перестаньте! – одёргивает её Кирилл. – И так сложно, Вы ещё тут…

Поймав мой умоляющий взгляд, встаёт и строго говорит своей тётке:

– Вы уже засиделись. Пойдёмте, провожу.

Галина Владимировна обиженно поджимает губы, но всё-таки встаёт.

Родня Кирилла навещает по очереди каждый день. Свекровь уговаривает моего мужа отправить меня в Швейцарию. Чтобы и родить тоже там. Мои родители против. Мама со мной в больнице практически постоянно. Кирилл чаще днём. Ночью он занят.

– До свидания, – вяло прощаюсь с родственницей Кирилла, и они выходят из палаты.

Последние несколько месяцев ужасно меня вымотали. Все силы уходят на борьбу за то, чтобы наш ребёнок родился. С того злополучного дня, когда Эмиль забрал меня из санатория.

Мы столько всего с Кирилом пережили. Почти развелись… И вопрос доверия у нас ещё закрыт не до конца.