Книга Тьма. Том 9, страница 29 – Лео Сухов

— Дмитрий Демьянович, хотите совет? — спросил я и, не дожидаясь согласия, проговорил: — На вашем месте я бы в самое ближайшее время рассказал её высочеству о произошедшем. Сам бы честно взял и рассказал. Не дожидаясь, когда она обо всём узнает.

— Фёдор Андреевич, вам легко такое советовать!.. — вздохнул Замочник. — Вы-то уедете, а вот мне с этими людьми выстраивать работу, поддерживать отношения… А у них гораздо больше возможностей испортить мне жизнь, чем у меня им.

В этом я сильно сомневался. Скорее всего, у Замочника просто не хватало смелости выступить против произвола СБ. Ну или против решений научного совета. Не хотел, так сказать, идти на конфронтацию…

К сожалению, такое даже в мире Андрея случалось. И часто сходило с рук всем участникам, если только они не нарывались на серьёзных людей. И вот тогда летели головы. Но причины карательных мер обычно не озвучивались широкой публике.

Если я правильно понимал, как тут распределяются обязанности, на Замочнике висело всё хозяйственное обеспечение: коммунальные службы, поставки припасов и научных материалов, ну и тому подобное. А значит, при большом желании он мог бы некоторым и питание урезать, и без туалетной бумаги оставить. В назидание, так сказать.

Другое дело, что отношения в этом закрытом мирке уже настолько перекосились, что при попытке исправить их сейчас Замочник, скорее всего, свёл бы счёты с жизнью.

Тремя выстрелами в спину и контрольным в голову.

Однако это всё были сложности их замкнутого мирка. Не моего. Кипящие в подземном городке бурные страсти могли меня удивить, шокировать, расстроить, разозлить — но не более того. Решать их — не моя курьерская работа. Своё дело я уже выполнил. И теперь хотел побыстрее решить вопрос с обороной точки от зверья. Чтобы затем спокойно вернуться в Ишим, к собственной жизни и нормальному миру.

Так что на слова Дмитрия Демьяновича я лишь плечами пожал. Единственное, что меня беспокоило — это безопасность жены, кота, цесаревны, Арсения и наших бойцов. Поэтому после обеда я решил самостоятельно донести сведения до союзников. Имелась у меня одна идея на этот счёт.

Обед нам, кстати, выдали весьма скромный. Суп, второе с гарниром, салат и компот. При этом обедавшие рядом сотрудники и порции получили больше, и добавку брали, сколько душе угодно. Нам же в добавке было отказано. На основании того, что у нас допуска нет.

На мой вопрос о том, будет ли цесаревна присутствовать хотя бы на ужине, Замочник, бледнея и потея, ответил, что, скорее всего, нет. А когда мы с Авелиной вернулись к нашим покоям, там, у двери, уже стояли представители СБ.

— Ещё не захотели с нами пообщаться, ваши благородия? — полюбопытствовал крутившийся у дверей Тенебровов.

— Нет, — отрезал я.

Нас впустили внутрь, дверь закрылась, и замок мигнул красным, предупреждая о блокировке. При этом защита Авелины продолжала действовать, прикрывая жилище. А значит, по всей видимости, замком управляли удалённо.

Войти к нам всё равно никто не мог, но могли открыть дверь. Мы с женой решили перебраться в спальню и запереться там. И если бы кто-то открыл дверь, он увидел бы только пустую гостиную.

Я, между тем, осмотрел комнату на предмет жучков и скрытых камер. Тщательно, обращая внимание на самые удобные места, которые подсказывала память Андрея. Авелина в это время молча плела что-то очень сложное, подглядывая в церу.