Книга Тьма. Том 6, страница 64 – Лео Сухов

К слову, портного мы тоже нашли. И это, к моему удивлению, оказался мужчина. Он шил всю свою жизнь, даже на пенсии не перестал. Правда, после увольнения ему редко перепадали заказы, так что медленно, но верно он докатился до глухого угла.

Там-то его и нашёл Кислый.

Звали этого чудо-мастера Иван Терентьевич Гостославов, и было ему 72 года. Однако выглядел он бодрячком, рвался в бой и свою работу делал очень хорошо. Идеальное платье для Авелины, во всяком случае, закончил за неделю. А в остальное время занимался повседневной одеждой для всего нашего рода.

Кроме моего пропащего дяди.

Этот козлинушка, заселившись в маленькую гостиницу на окраине, только и занимался тем, что выпивал, ну или просиживал штаны в своей комнате. Причём, судя по донесениям парней — элементарно без продыху смотрел телевизор.

В особняке он больше не появлялся, со мной не связывался. Ну и вообще не проявлял никакой активности.

Свои деньги у дяди были, очередной срок выплат за открытие ещё не подошёл. Так что об этой подставе он пока был не в курсе.

И не то, чтобы меня ситуация с ним устраивала…

Но и в том, что его кислая физиономия не маячит в зоне видимости, были плюсы.

Последнюю неделю перед Рождеством я жил только мечтой о длинных выходных. О целой неделе, когда меня и Авелину никто не будет дёргать… Когда я смогу навестить родных в Стрелецком углу не впопыхах, а нормально…

Когда наконец-то смогу полноценно выспаться!..

На эти выходные мы с женой даже решили съехать в гостиницу. Подальше от всего, ото всех — и даже от счетов, показывавших финансовую дыру в 25 363 рубля. И не только из-за ремонта и судов.

Чего уж там… Даже производство в первый месяц сожрало больше, чем принесло. А всё потому что пришлось активно помогать девушкам в торговых рядах, обустраивая ларьки красоты сообразно правилам.

И пусть расходы на адвокатов обещали окупиться в случае выигрыша, а некоторые вложения были разовыми — однако же, прибылей, способных восполнить регулярные расходы, пока не предвиделось.

В перспективе мы могли заработать только на продаже ценностей из тайника. Однако это нужно было делать через торги.

При этом ориентировочная прибыль болталась между ста тысячами и одним миллионом рублей. А для более точной оценки требовалось привлечь узкопрофильных оценщиков.

На данный момент ни мне, ни Авелине было не до того. Мы, конечно, предоставили в Полицейский Приказ опись находок, но так и не вскрыли три сундука, а заодно с ними — несколько шкатулок, указав, что те были пустыми.

Вскрывать их я решил после Рождественского приёма. И не своими силами, а с помощью найденного Кислым бывшего взломщика и медвежатника.

Сделка с ним была, к слову, небезопасным делом, но пришлось рискнуть. Во-первых, потому что сундуки и шкатулки были довольно красивыми, а портить такую красоту — снижать её стоимость. Во-вторых, потому что попытки взлома одного из сундуков при помощи грубой силы ни к чему не привели. Оказалось, что внутри была бронированная ёмкость. Такое не выходило проломить, не повредив содержимое.

Вот и пришлось ждать, пока ситуация будет располагать к приезду гостя.

Руслан Алиевич Кафаров жестом предложил гостю присесть. А затем сделал знак поверенной, чтобы та принесла чаю. Девушка кивнула и, покачивая бёдрами, спешно скрылась за дверью.