Книга Тьма. Том 6, страница 120 – Лео Сухов

— Нет, но жить в руинах не хочу! — ответил я, ловко поймав одежду.

Нам повезло, что чиновников мы встречали, одетыми уже по-дорожному. Оставалось только утеплиться. И можно сбежать до приезда многочисленных служб, которые никуда, уверен, ещё долго нас не отпустят.

Да и все подъезды со стороны площади перекрыты. Значит, шанс уйти есть.

Пока ехали в Денежный Дом, я успел объяснить Авелине свои соображения. Суть их была проста: нужно окончательно перебираться в особняк. Да, во время учёбы мы жили в училище. Но даже это было опасно. Я притягивал неприятности, как магнит, а охрану, поставленную осенью, ректор уже распорядился частично убрать.

Можно ли было ночевать в гостиницах? Всё, естественно, зависело от гостиницы. Но в тех, где была достойная охрана — мы жить не могли, потому что вскорости разорились бы. А в тех, где было не так накладно, охрана не справилась бы и с сегодняшней атакой.

— А Стрелецкий угол? — резонно предложила Авелина.

— Там сильная охрана. Но Стрелецкий угол тем и хорош, что живут в нём не сами двусердые, а их родственники, — вздохнул я. — Ради родственников никто на тамошних охранников не полезет. А вот ради нас… Да и не простят нас в случае нападения. И местные, и их родственники.

Всем хочется прикрыть тылы. Пока моя семья жила в Стрелецком углу, я тоже надеялся на то, что их не тронут. Стрелецкий угол оставался безопасным до тех пор, пока там жили именно родственники, а не те, на кого могут напасть.

Оставался лишь особняк, который нужно превратить в крепость, почище ишимского кремля.

И первым делом я собирался поставить на охрану пять десятков охранников из «Ирбиса». Ну а затем, не мешкая, заняться сбором дружины.

И неважно, пойду я весной в Серые земли или нет. Важно, чтобы мой дом стал крепостью, об которую любой супостат зубы обломает.

Можно сколько угодно быть смелым, бесстрашным и экономным, но стоит жареному петуху клюнуть, как возникают жёсткие приоритеты.

И безопасность места, где ты живёшь — взлетает на верхнюю строчку.

Я ведь не знал, кто на нас напал. Исключать из подозреваемых нельзя было даже Дашкова. Очень уж ему требовалось, чтобы я весной отправился в Серые земли. А ради того, чтобы Федя не передумал, можно и нападение организовать, и чудесное спасение княжескими ратниками.

В Денежном Доме мы с женой не задержались. Забрали родовой артефакт из хранилища и поспешили в представительство «ирбисов». Когда добрались, владелец ещё не успел подъехать. А встречал нас главный из пяти десятников, Мерковский Давид Станиславович.

К сожалению, у меня он не работал, но разок я с ним уже общался, высоко оценив опыт и навыки. Ну, насколько я мог это оценить, сам не будучи слишком опытным и матёрым. В любом случае, все «ирбисы» безоговорочно признавали авторитет Давида.

И, как я понял по оговоркам, именно он посоветовал владельцу меня в качестве покупателя.

— Ваши благородия, добрый день! Решились на покупку? Чаю? — Давид был человеком дела, а не словес, поэтому, видимо, и тянуть не стал. — Почему решились, если не секрет?

— Добрый день, Давид. Уже почти не секрет, — ответил я, скидывая одежду на вешалку и помогая раздеться Авелине. — На мой особняк сегодня напали.

— Ого! Лев ничего не сообщил! — удивился глава охраны.

— Я его попросил пока не сообщать, — ответил я. — Чтобы владелец цену до небес не задрал.