Книга Тьма. Том 5, страница 66 – Лео Сухов

— Направо, — снова предупредила Мария Михайловна.

Указатель подсказывал, что дорога и вправду ведёт на Эмбу. Машина поехала под уклон, а впереди замелькали огни города. Иванов выключил дальний свет и сбросил скорость.

— Хорошо виден след? — уточнил он.

— Да, сейчас хорошо… — ответила Малая.

— Слепок снять сможете? — спросил опричник.

— Если остановимся, сниму. Но точность будет слабая, — качнула головой Мария Михайловна. — Он постоянно стирал след. Тот, за кем мы гонимся, случаем не миллионер?

— Нет, просто разведчик, спящий соглядатай, — пояснил Иванов. — Предположительно, грек. Но тут пересеклись интересы ромеев и персов. Может и на тех, и на других работать.

Город начался совершенно неожиданно. Никаких предместьев, никаких окраин… Вот вокруг пустыня и песок, а впереди огни. А вот — машина уже катит по улице, стиснутой рядами старых двухэтажных домов.

Дорога вела по прямой, и Малая не говорила, что нужно свернуть. Так что мы, не снижая скорости, пролетели по пустым улицам, встретив только одну машину — и то, городовых. Те было рявкнули нам вслед, не оценив скорость езды, однако преследовать не стали. Возможно, уже получили по рации разнарядку от коллег Иванова.

Я приоткрыл окно, и в салон ворвался ветер с запахом воды, соли и рыбы. Видимо, море было совсем рядом. А спустя пару минут мы притормозили у сетчатого забора, перед которым в свете фар виднелась запылённая чёрная машина. Спереди у неё даже сквозь пыль угадывалось изображение всадника с луком. «Степняк», значит.

След вёл дальше. Но дорогу преградила полосатая перекладина. А к нам уже шагал сурового вида дядька с ружьём.

— Пропуск! — гаркнул он, подходя к машине. — Пропуск показывай!

Иванов и показал. Только не пропуск, а ярлык с эмблемой опричников. И сторож, взяв под козырёк, побежал открывать шлагбаум.

Мы въехали на территорию порта. Проскочив между складов, где даже ночью сновали рабочие, Иванов, по указаниям Малой, подвёл машину к длинному пирсу. А дальше пришлось идти пешком, потому что пирс был шириной всего пару метров.

Впереди спешил сам опричник, за ним — Авелина и Малая, а замыкали шествие мы с Костей. По обе стороны покачивались в такт дыхания волн пришвартованные посудины типа баркасов. Во всяком случае, память Андрея выдала именно это название. А как они назывались здесь, понятия не имею. В памяти, конечно, всплывало слово «челны», но без особой уверенности.

— Тут… — резко остановившись и повернувшись налево, сказала Малая.

Мы тоже остановились и посмотрели, куда она указывала. Вот только смотреть было не на что. Между двух баркасов зияло пустое место. И не надо было быть гением, чтобы понять: наш беглец успел сесть на такой вот баркас, а потом — счастливо выйти в море.

Мы опоздали.

Из книги «Климат и Тьма»

…Тем не менее, два места на землях Руси заслуживают особого внимания. Первое из них — русское побережье Большого океана. На юге, в Придамурье, где сдерживают Тьму самые восточные заставы Руси, царит субтропический климат. Пальмы соседствуют с соснами и елями — хотя, признаться, последним там неуютно. А среди папоротников и широколиственных кустарников скользят тени дамурских тигров и бурых медведей.

Между прочим, по данным 16 века, с тех пор, как армии Руси впервые достигли далёких берегов, эти грозные животные уменьшились в размерах. И, по мнению биологов, причиной тому как раз послужило резкое потепление.