Книга Тьма. Том 5, страница 127 – Лео Сухов

Не удивлюсь, если единственный пациент в ней — это я.

Между всеми этими постройками был втиснут маленький садик. Ну и такой же маленький плац, а может, и площадь. При этом ворота на территорию опорника были закрыты, а в сторожке сидел пожилой мужчина, что-то листая в трубке и возмущаясь себе под нос.

Новости, видимо, читал. Возможно, даже про вчерашнюю перестрелку.

— Скукота тут. Благодать и скука, — честно сообщил я.

— А чего ты хотел? — Авелина улыбнулась. — Маленькая опорная точка, куда отправляют пожилых опричников. Из молодёжи — ты, я и эта медсестра. Лекарь — старенький. Голова опорника — ещё старше, насколько я успела заметить. Сторожа — похоже, тоже все как на подбор…

— Пэнсио по выслуге лет разве опричникам не полагается? — удивился я.

— Не знаю, но… Если ещё сверху ставка, всяко больше выходит! — задумавшись, сделала вывод Авелина. — И вообще, ты как себя чувствуешь?

— Да… Жить буду, — уклончиво ответил я, постаравшись беззаботно улыбнуться. — Голова почти не кружится, да и слабость, наконец, отпускает. Даже пожевать что-нибудь захотелось…

— Скоро обед будет, — обрадовала меня Покровская. — Так что, будешь говорить с лекарем? Он упрямый, похоже…

— Надо попробовать! — уверенно заявил я.

— Нет, нет и нет! Это исключено! — возмущённо стукнул сухоньким кулачком об стол Олег Андреевич. — И не просите! У нас тут, между прочим, строго!

— Олег Андреевич, ну я же не рвусь в бой! — привёл я очередной аргумент. — Но просто лежать и скучать… На это у меня сил никаких нет!

— Так гуляйте побольше! — погрозил мне пальцем лекарь.

— Двадцать шагов, поворот, двадцать шагов, поворот? — ехидно уточнил я.

— Я так гуляю, и мне отлично! — нахмурив седые брови, возразил Олег Андреевич.

— Ну я же молодой! Мне бы подольше и подальше! — взмолился я. — Да и спутникам надо бы помочь…

— Ну уж нет! Дорога — это одни сплошные переживания! — ещё больше сдвинул брови Олег Андреевич. — А вам они, между прочим, строго противопоказаны. Ваше тело ещё не оправилось. Сударыня Покровская, ну скажите же ему, как разумная барышня!..

— Э-э-э… — протянула сидящая рядом Авелина.

— … Это дело государственной важности! — подхватив за ней, выложил я ещё один козырь. — Мы с Авелиной очень нужны в Тьмутараканске!

— Нет, Фёдор Андреевич, вам ехать никуда нельзя… — решительно качнул головой седой упрямец.

— А… А если совместить дорогу и отдых? — предложил я.

— Хм! — брови лекаря сошлись ближе некуда, зато, похоже, мне удалось его заинтересовать: — И как вы это собираетесь сделать, осмелюсь спросить?

— Ну… Мы же можем, к примеру, поплыть на корабле! — нашёлся я. — Море! Свежий воздух! Прогулки по палубе! День-два пути, и я как раз отдохну, как вы того требуете. А заодно доберусь до Тьмутараканска.

— Ох, Фёдор Андреевич!.. Вот знал, что не усидите! Вот как знал!.. — надрывно вздохнул лекарь, сверкнув голубыми глазами из-под седых бровей.

Тут надо сказать, что мы сидели в его кабинете уже минут пятнадцать. И поначалу он отвергал любые мои предложения, разве что не кричал: «Кыш-кыш в кровать!».

Однако мало-помалу, под давлением уговоров, старичок начал меня слушать.

И, кажется, я всё-таки нащупал рычаг, который мог открыть выход из лекарни. Во всяком случае, Олег Андреевич задумался и замолчал.