Книга Тьма. Том 4, страница 82 – Лео Сухов

— Ещё не проглотил… — ответил я. — Пережёвываю… Переваривать буду потом.

— Так всё плохо? — расстроенно уточнила сестра.

— Идея… — я заставил себя улыбнуться. — Идея отличная. Но надо всё обдумать, встретиться с отцом этой Ани… Смириться с мыслью, что я во всё это женское благолепие влезу…

— Ой, какие мы нежные! — добродушно фыркнула София. — Ладно. Смиряйся, думай…

Остаток пути я и думал. Сначала мысли скакали, как горные козлы, но я успокоился, взял себя в руки и принялся за размышления уже всерьёз.

В мире Андрея разноцветные лаки произвели фурор. И это с учётом того, что были они нестойкие, быстро облуплялись, и их приходилось регулярно обновлять.

В этом мире, полагаю, яркие лаки ждала та же судьба. Удивительно, как отец этой Ани, подружки моей сестры, не сумел ещё никому их впарить.

Но такое бывает. Возможно, его просто не пустили на рынок. А может, даже не потрудились выслушать. Но София предлагала вариант распространения, который не мог не сработать. Ходи себе и крась ноготки всем заинтересованным. Такими темпами уже через год всё женское население Ишима будет ходить «красивое» и «модное».

Что могут сделать крупные производители косметики? Заказать разгромные статьи в местных СМИ. Начать строить козни девочкам с лотками. В общем, много чего могут. Но будут ли? Вопросы, одни вопросы…

— Нужно поговорить с отцом Ани! — решил я. — Узнаю, что ему помешало найти рынки сбыта, и было ли это главной проблемой.

— Договорились. Мы приехали?

— Приехали, — кивнул я, останавливая машину перед заслоном, опущенным над дорогой.

Стрелецкий угол родился в те времена, когда ядром царского войска были стрельцы. Здешние, правда, отличались от аналога в мире Андрея, но суть и имя — те же. И я уж не помню, какое из их войск встало лагерем на местном холме, но, в итоге, вокруг выросло постоянное укрепление. Ишим в те времена был крепостью в отдалении от города, так что стены и постоянные жилища стали жизненной необходимостью.

Со временем войска ушли, но остались их родственники и зажиточные горожане. И это уже была не крепостица, а село Стрелецкое, быстро превращавшееся в городок. А потом его поглотил разросшийся Ишим — и так появился Стрелецкий угол, который облюбовали родственники зажиточных двусердых.

Нужно ли говорить, что весь Стрелецкий угол был окружён высоким забором, за которым тянулась старая крепостная стена Стрелецкой крепости? А внутрь можно было попасть только по пропуску или приглашению. Здесь жили родственники тех двусердых, кто сумел пробиться повыше, но ещё не вступил в какой-нибудь род, а семью уберечь хотел. Это был даже не средний класс, по меркам мира Андрея, а очень даже богатые люди.

Угол имел собственное охранное предприятие, отдельную сотню городовых с постом и свою хозяйственную службу из местных. Эдакий очередной город в миниатюре посреди огромного мегаполиса.

Здесь была своя гимназия, свои ясли, свои торговые ряды, свои трактиры и кабаки, свои зелёные уголки и парки — и даже свои склады со всем необходимым.

А прямо сейчас мы стояли перед одним из десяти въездов в угол.

К машине подошли два охранника. Один направился к моей двери, а другой встал чуть в отдалении. Но я видел, что оружие он держит наготове, и это был не какой-то пистолет — а вполне себе армейский автомат. Поновее даже, чем у меня на заставе.