Книга Тьма. Том 4, страница 133 – Лео Сухов

Это было лучшим выходом из создавшейся ситуации.

Пока ехал к Бубну в трактир, позвонила София, которая писала мне вопросы в сообщениях весь день, но я не удосужился ответить.

— Брат мой, а ты не брат мне, что ли? — с шутливой угрозой произнесла она, стоило взять трубку. — Ты чего не отвечаешь? Думаешь, жильём обеспечил — и можно о нас, наконец, забыть?

— Да как-то в делах был, — признался я. — Но вообще про «забыть» ты мне идею не подсказывай… Вдруг запомню?

В трубку раздался жизнерадостный хмык, а потом София решила перейти к делу:

— А что случилось, что ты меня на бричке сегодня отправил? Кислый занят? И почему мне обратно до выходных нельзя? Там же сейчас куча дел, мне бы маме помочь…

— Соф, слушай… — я припарковал машину к бордюру и только потом начал рассказ: — В общем, ночью нам спалили старый дом.

— Как? — не поверила сестра.

— Вот так… Кто-то облил его чем-то горючим и поджёг, — ответил я. — От дома почти ничего не осталось.

— Ой, мама расстроится… — выдохнула сестра.

— Да это, знаешь ли, меня сейчас волнует меньше всего! — честно признался я. — Главное, чтобы её в Усадебный угол не понесло на этой неделе… А потом я сам ей всё расскажу.

— Так… Федь, ты думаешь, это из-за тебя? — уточнила София.

— Вероятно, из-за меня, — согласился я.

— И с чем это может быть связано?

— Ну, помнишь историю про то, что я пацанов из угла нанимал? — я дождался согласного мычания сестры и продолжил: — Думаю, из-за этого. С дворянами я если и цапался, то не настолько сильно, чтобы они рискнули обычных трогать.

— И что теперь? — спросила София.

— Теперь надо готовиться к тому, что к нам приставят охрану и ограничат возможность передвигаться по городу, — признался я. — У меня есть знакомые в особом отделе, который занимается этим вопросом. Они помогут. Но, думаю, выставят жёсткие условия. С ними я, скорее всего, свяжусь завтра днём. А там посмотрим. Не переживай. Маме и мелким ничего не угрожает. Тебе, пока ты в Стрелецком углу или в пандидактионе — тоже.

— Старый дом всё равно жалко… Хотела туда ещё разок заехать.

— Ну… Лучше дом, чем мы.

— Ладно, я поняла… Надо созвониться с мамой и нагрузить её вопросами по особняку в Стрелецком, чтобы не думала ехать домой. Хотя бы на неделю. Так?

— Так. Я тоже ей позвоню, — согласился я.

— Всё, ясно. Ты там береги себя, слышишь?

— Ты тоже. Пока!

— Пока!

Некоторое время я сидел, не трогая педаль газа, просто глядел вперёд. Нервы от происходящего натянулись, как струны на гуслях. Казалось, дёрни чуть сильнее — лопнут.

К трактиру, где меня ждал Бубен, приехал только после того, как успокоился. Поздоровался, сел и заказал себе чай.

— Знаешь, почему я машину не покупаю? — недовольно пробурчал Бубен, поглядев на меня.

— Денег нет? — состроил я из себя дурачка.

— Не! Потому что с ней нельзя выпить, когда захочется! — ответил тот, отсалютовав мне кружкой с чем-то пенным. — А это, знаешь, помогает нервишки успокоить.

— Вот отвалится у тебя печень, и будешь знать цену нервишкам! — подколол я его.

Бубен хохотнул, но парировал:

— Куплю новую у лекарей! А вот нервов они, мой юный беспокойный друг, не продают! — он отхлебнул. — Ты из-за дома весь на взводе?

— Да из-за всего, — признался я. — Дом, переезд, дело это с Алёной…

— Ты, давай, успокойся, — посоветовал мне Бубен. — Всё пока путём… Дом — это, конечно, неприятно. Но ты успел перевезти семью. Кислого отправил в деревню. Я свалил на запасные пути. Стряпчего твоего, зуб даю, не тронут. Их вообще трогать себе дороже. Короче, всё путём! Надо лишь побыстрее закрыть заказ Алёны.