Книга Зов ааори, страница 219 – Лео Сухов

— А Гаран? Почему он не закрыл Пролом? – вспомнил я про своего последнего врага.

— Гаран… – Аон-аари тяжело вздохнул. – Самая большая надежда и самое большое разочарование… Гаран был очень талантлив. А ещё он помнил своё прошлое. Тогда ведь никто не следил, чтобы вы потеряли память. Но ему не хватило такта… Он настроил против себя местных и исключил какую бы то ни было возможность сохранить память будущим ааори. И всё-таки он дошёл до Пролома. Со своим помощником Пе-тором и сотней бойцов. И не шагнул…

— Шёпот мудрости? – понял я.

— Да, Шрам. Гаран поддался шёпоту мудрости и стал тем, кто направил изменение. Ему казалось, что это естественный ход вещей, а он – спаситель человечества. Хотя, на самом деле, Гаран его чуть не убил и там, и здесь. Но он и в самом деле придал изменению разум. Он сам этим разумом и стал, подарив тому миру почти три тысячи лет…

— Я только одного не пойму, – признался я. – Если мудрость – это просто жизненная сила, то почему она шептала? Ведь без Гарана, как ты сам сказал, она неразумна. Кто же шептал? Откуда эти голоса в голове?

— Вопрос в том, Шрам, что ты считаешь разумом! – засмеялся Аон-аари. – Если только способность говорить, то ты ошибаешься. Есть животные и птицы, которые умеют говорить, но при этом сами не понимают, что делают – просто повторяют. Жизнь из этого мира вырывалась из живых существ. Многие из этих существ были разумны. Многие обладали собственной волей при жизни. Отпечаток их сознаний лежал и на мудрости, которой они стали. Это их представления привели к тому, как выглядели изменённые твари. А ведь ты многих не видел – выжили только самые жизнеспособные. Иногда, когда мудрости в одном месте было очень много, появлялись Посланцы – образы людей из этого мира. Или образы ааори, лишившихся жизни в сломанном мире. Но это всё – только образы, Шрам.

— Образы… – повторил я, привыкая к новой мысли. – А почему Брагот говорил, что если мы проиграем стражам – наши души окажутся в плену?

— Это плохой вопрос, Шрам! – строго заметил Аон-аари. – Скажу лишь, что для ааори гибель во время Зова действительно была пленом не только жизненных сил, но и души. Я не стану подробно объяснять, почему так получилось. А если коротко, то во времена отчаяния в обоих мирах хватило тех, кто выбрал слепое поклонение. В этом мире многие посчитали происходящее гневом высших сил, утверждая, что происходящему не надо противиться. В сломанном мире вообще появился целый культ мудрости. Даже я добавил при жизни дров в этот костёр… Если тебе посылают испытание, то не для того, чтобы ты его принимал. Но отчаявшиеся не слышат доводов разума. Так или иначе, страдания и вера привлекли внимание таких сущностей, о которых не стоит лишний раз даже думать. И они пришли – и даже пытались вмешиваться в происходящее. Так и появились заблудшие души, ищущие пристанища… Ты одну такую видел в библиотеке сангари.

— Так что же с разумом у мудрости? Он был? Или нет?

— Разума в том смысле, в котором ты его понимаешь, до Гарана у мудрости не было. Но был ложный разум, – пояснил старик. – Смесь желаний и стремлений миллионов живых существ, смешанных в едином котле. Там же варились души, попавшие в плен мудрости, но лишённые памяти тела и знаний вечности. Единицы, как Брагот и три брата, сумели сохранить старую личность. Остальные растворялись без остатка, полностью теряя себя. Лишённые воли, подчиняющиеся общему желанию всех образов… Я не считаю их носителями разума… и не советую тебе! Хотя не буду отрицать: говорить, соблазнять и сбивать с пути, туманить разум – это они умели.