Книга Зов ааори, страница 111 – Лео Сухов

За баррикадой зазвучали рожки, а по земле разнёсся равномерный гул поступи атакующих. Сначала шли шагом, прикрывшись щитами, но когда полетели первые стрелы – побежали, стараясь как можно быстрее преодолеть разделявшее их и баррикаду расстояние. Мы дали залп – и сразу же вынуждены были сами прятаться под щиты, получив ответный «подарок». И всё-таки нам было удобнее: мы били с высоты, дорога за баррикадой была прямая, и стрельбу могли вести почти все, у кого был лук. А у восставших дорога уходила за край склона, и стрел они могли пускать значительно меньше.

С первых рядов замелькали мудрости – бойцы пытались остановить приближение таранов. Зазвучал звон металла о металл – первые ряды штурмующих вступили в бой. На телеги пока они карабкаться боялись. Потом баррикада вздрогнула, и бойцы первой линии начали прыгать с телег. Под ударами таранов повозки дрожали и тряслись. Из-за них нёсся многоголосый крик, ругань и отрывистый лай приказов. С нашей стороны стояла тишина, прерываемая только хлопками луков – навесом отправляющих стрелы за наше укрепление.

За спинами бойцов я не видел, что происходит. Однако, судя по треску, часть щитов между телегами уже была выбита, и восставшие пошли на приступ. Крики и ругань усилились, из первых рядов понеслись проклятья, а на телеги полезли бойцы, по которым мы били уже прямой наводкой. Некоторые умудрялись проскочить, чтобы присоединиться к битве у телег, а другие так и оставались лежать, получив стрелой в особо уязвимое место.

— Стоять! Держать натиск! – кричал один из наших лори, чьи бойцы попытались сделать шаг назад. – Вернуть позицию! Не отступать!..

В первых рядах восставшие пустили тяжеловооружённых бойцов. Те пользовались своим преимуществом и давили наши ряды, заставляя их пятиться. И вскоре приказы держаться летели уже со всех сторон. Понимая, что скоро оттеснять начнут и мой отряд, я приказал выдвинуться в первые ряды мечникам с тяжёлым вооружением, а сзади поставил копейщиков, которым предстояло пока подпирать первую линию.

Началась давка. Очень скоро, продираясь между плотных рядов, бойцы начали оттаскивать первых раненых.

— Лори Шрам, выдвигайтесь вперёд! – услышал я сдавленное пыхтение вестового.

— Строй держим! Двигаемся на первую линию! – приказал я своим.

Было легко приказать – сложнее сделать. Давили со стороны телег очень грамотно. Каждый пройденный ряд давался нам с трудом. Похоже, бойцы из головы моего отряда даже не сразу поняли, что, наконец, достигли точки соприкосновения. Я протиснулся к телеге лучников и забрался на неё, прикрываясь щитом. В том месте, где первые ряды восставших столкнулись с первыми рядами моего отряда, наметилось шевеление.

В сплошной давке десятки Ножа и Суча принялись орудовать мечами и топорами. Короткие мечи легко пробирались между щитами противника, находя цель, а топоры доставали до голов, показавшихся над линией щитов. Давление сразу начало спадать – восставшие начали разрывать дистанцию, пытаясь пробить моих ребят наскоками. Но как только давка прекратилась, вперёд вышли копейщики, выставившие три ряда копий, подступиться к которым было значительно тяжелее.

А потом вдалеке заиграли рожки, и штурмующие начали откатываться назад, за телеги, прерывая только начавшийся штурм. В принципе я их понимал – сам видел, чем бы всё закончилось, прояви они настойчивость. Ещё большой свалкой, в которой бойцы обычно глупо гибнут от случайных ударов и попаданий союзных лучников, от падений с обрыва и просто под ногами дерущихся. Конечно, в таком месте иного боя быть и не могло, но завтра утром и нас уже здесь не будет – свою задачу мы выполнили.