Книга Познавший правила, страница 82 – Лео Сухов

— Ка-ра! Сближайся с «Бернаси»! — крикнул я капитану, и тот вскинул руку в ответ, показывая, что услышал.

Стоя на носу, я смотрел, как в спину фифе втыкаются ещё две стрелы, а она продолжает своё стремительное движение. Я хорошо помнил, что перед ударом она уходит под воду — и именно в этот момент мне надо было успеть поставить перед ней щит. Вопрос бы только в том, какой корабль она выберет своей целью.

Целью стал «Сагламад». Плавник описал небольшой полукруг, удаляясь от нас — а потом, развернувшись, стремительно начал приближаться. Полиболы дали ещё один залп, а потом фифа нырнула — и где она находится, можно было понять только по огромной волне от массивного тела. Но мне это всё было не нужно. Другим взглядом я её отлично видел и под водой, выстраивая плетение щита между ней и кораблем.

— Поворачивайте! — крикнул я, не ожидая подтверждения, а потом начал вливать мудрость в плетение.

Вода между нами и фифой уплотнилась, а потом ещё и замерзла, создавая прочную ледяную плиту в шаг шириной на пути. Ставил я её так, чтобы тварь уже не успела увернуться. Она и не успела — врезалась прямо в щит. Обиженный рёв я уже не слышал — потому что, как оказалось, в такой ситуации часть удара принимает на себя тот, кто его поставил. Меня буквально снесло на несколько шагов. Слава богам, остановил меня фальшборт корабля, иначе я бы улетел в море.

На несколько секунд от удара я потерял сознание, но ведро воды, выплеснутое мне на лицо, помогло.

— Живой? — прокричал Ка-ра.

Его голос звучал будто бы издалека, хотя капитан и был рядом. Поднявшись, я посмотрел на нашу противницу. Она как раз заходила на второй круг.

— Ловите меня! — бросил я капитану, подбегая к борту, на который нацеливалась фифа, и строя новую преграду.

В этот раз я рёвом противника всё-таки насладился. Двое матросов и Ка-ра успели меня поймать до того, как я улетел за борт. В море, рядом с моим щитом, заполошно бились щупальца. Чтобы снова взять разгон, фифе пришлось сначала оторваться от преграды, которая хоть и таяла стремительно — но пока ещё не давала плыть прямо вперёд. Она вертелась всем своим огромным телом, поднимая волны, отталкивалась лапами от ледяного щита и разворачивалась.

Наконец тварь сумела перевернуться и поплыла от нас. Описав очередной полукруг, она нацелилась на «Сагламад»… и передумала. Её плавник мелькнул раз-другой, а потом показался уже в половине перехода от нас к западу. Видимо, повреждения, полученные при столкновениях со щитами, фифе не понравились — да и на солнышке она уже пробыла достаточно, чтобы охота перестала доставлять радость. А как я успел узнать, фифам мы в качестве еды были неинтересны — их просто забавляло разрушение кораблей.

Пристроившись у бочки со швабрами, я принялся восстанавливаться после полученных ударов. Вылечиться быстро я не надеялся, но был шанс хотя бы вернуть нормальный слух и продержаться до вечера. Когда я смог подняться и осмотрелся, корабли спустили паруса. Бойцы с матросами ждали, пока караван перебросит грузы с одной баржи на другие.

Хмурый Ткацо смотрел на обломки судна со своего корабля — который мог оказаться следующим после потерянного. Почему-то фифа набросилась на баржу в самом центре строя. И я даже догадывался о причине. Фифы отличались необычайным умом — это ещё Соксон и Ксарг заметили при изучении. Глубоководная тварь вышла на нас не случайно — она ждала нас. И точно знала, кто привел её к острову — сам купец и его телохранители, ходившие ночью за контрабандой. Двое телохранителей были как раз на той барже, которая и попала под удар. В строю она оказалась к фифе ближе всего. И по этой же причине тварь сначала проигнорировала «Сагламад» и «Бернаси».