Книга Познавший правила, страница 108 – Лео Сухов

Лестница привела в большой и совершенно круглый подземный зал. В центре высилась цистерна, как я понял, тот самый резервуар, куда сливалась дождевая вода. Вокруг цистерны и сосредоточились остатки армии мудори. И сама она тоже была там. Разговаривать с нами тварь не стала, попытавшись сразу закидать мудростями — но для меня расстояние было достаточным, чтобы не дать ей сформировать ни одной. Я просто рассеивал искры, которые мудорь собиралась собрать.

Будь на её месте владыка Аностена — и такой фокус у меня бы точно не прошёл. Однако мудорь, ещё не ставшая карателем, была слишком слаба, чтобы удерживать узор. Над строем появились огненные мудрости Кри-аны и её бойцов — и с воем унеслись в плотные ряды нежити. Шипение, рёв и треск — всё это стало своеобразным сигналом к атаке, и на отряд, скапливающийся у стены и перед входом в зал, кинулись трупни и тараны. За ними — тупни и низшие. А следом — мудорь.

Тварь осознала, что мудрость ей в этом бою не поможет, и решила использовать свою физическую силу. Её удар о щиты мудрости был страшен. Несколько бойцов с криками боли отступили назад, роняя оружие. Нежить добралась до строя, пытаясь пробить оборону. В ответ с лестницы ударили луки, вспыхнули огненные стены, мелькнули росчерком искр огненные снаряды — а помещение начало заполняться удушающим дымом и запахом горелой плоти.

Бойцы в задних рядах спешно смачивали тряпки и наматывали их себе на лица. Те, кто принял на себя основной удар, теперь пятились на выход — кашляя, но не переставая держать оборону. Строй моего отряда не мог пробить даже таран, что уж говорить о тупнях и трупнях. Щиты, выставленные внахлёст, не позволяли тварям ударить по каждому бойцу в отдельности. Три тарана несколько раз заходили в атаку — и каждый раз их удар принимало на себя не меньше десятка сцепленных щитов.

По мере боя задние ряды выдвинулись вперёд, а кашляющие бойцы отходили назад, заматывая лица. Стрелы и мудрости били постоянно, уменьшая число нежити. Мудорь несколько раз почти пробивала строй, но с каждой новой попыткой становилась всё слабее, получая многочисленные ранения. И в какой-то момент она просто упала на колени — из последних сил пытаясь снова ударить мудростью. А когда я помешал, тварь рухнула на пол, дёргаясь от болезненного отката. И эти судороги сами собой перешли в агонию. Стоило твари дёрнуться в последний раз, как остальная нежить издохла, лишённая воли, которая её подняла.

Бой с мудорью, к моему удивлению, дался легче, чем битва в подвалах бастиона. Семеро человек были ранены, но на завтра уже могли встать в строй. Разведчики отправились исследовать подвалы, а все остальные, наоборот, устремились во двор — на свежий воздух. Глядя на своих ребят, я бы с удовольствием дал им отдохнуть подольше, но впереди была выгрузка и уборка крепости от останков нежити. К вечеру я рассчитывал занять укрепление — и отдыхать хотя бы с видимостью комфорта.

Если верить Ворчуну, о крепости знали многие, но особого интереса для ааори она никогда не представляла. Древние руины были вычищены от ценностей давным-давно. И теперь в старой постройке снова кипела жизнь. Пока десятки Лысого и Эр-нори тянули наверх припасы и механизмы мудрецов, а десяток Одноглазого бегал за Граппом, который искал хорошее место для лаборатории, остальные бойцы — даже разведчики и подопечные Крианы — чистили крепость.