Книга Искупление грехов, страница 148 – Лео Сухов

— Почему там нет тысячника нори? – спросил кто-то неподалёку и получил ответ:

— Там теперь всем стража заправляет. Упразднили они тысячников нори…

Я представил, каково было бы мне, если бы в мою бытность ааори всем заправляла стража, и содрогнулся.

— Ни одного нового нори не было в последнее время, – согласился кто-то ещё. – Там, говорят, остались только те, кто зимой выпустился…

— Нас тоже постоянно пинают, – признался чей-то молодой голос. – Но мы хотя бы в своей казарме нори сидим, там стражи нет…

— Может, прирезать их по-тихому? – предложил кто-то. – Пускай молодые отдохнут.

— Тогда ещё жёстче станет, – прозвучало в ответ.

У ворот ааори поднимались и шли до своего места входа в Пущу пешком. А стражники, дойдя до ворот, развернулись и, весело хохоча, отправились плотной группой назад.

В Пущу мой отряд входил в подавленном состоянии. Впрочем, что-то похожее наблюдалось и в других отрядах. Неудачи с добычей, издевательства над ааори и ощущение собственного бессилия – всё это не могло не сказаться на боевом настрое. Именно поэтому возвращались мы слишком поздно – с пустыми контейнерами и отвратным настроением. И именно поэтому, когда мы уже шли назад, никто сразу не обратил внимания на несколько нори, пробежавших мимо нас в обратном направлении. А когда опомнились – предпринимать что-то было уже поздно.

Пуща проснулась. Навстречу нам, прямо со стороны лагеря, двигалось бесконечное море неживых. И пусть все они были низшими, но нас-то было сорок семь человек! И я отдал самый разумный приказ в такой ситуации:

— Развернулись и строем – бежим! Быстро!

Отряд рванул в глубину Пущи по своим следам, не обращая внимания на бьющие по спине мешки и оружие, на колючие ветки и цепкие лианы.

— Хорошо… мы… уже… путь знаем… – пропыхтел бегущий рядом Пузо.

— Не сбивай… дыхание… дурак! – оборвала его Зенка.

На ходу я засветил огонёк над головой, приказав бежать за ним. А сам перешёл на другой взгляд, стараясь в сгущавшихся сумерках разглядеть дорогу. Когда я оглянулся проверить, не отстал ли никто из бойцов – то обнаружил в отряде пополнение. Нори, которые слишком задержались в Пуще – стекались к нам. Откуда-то сбоку с криками выскочили безымянные ааори и тоже влились в наш отряд. Нам нужно было место, чтобы обороняться – и я старательно высматривал хоть какое-нибудь укрытие.

— Шрам! – крикнул остроглазый Кирри, указывая куда-то влево. Проследив направление, я увидел сквозь ветви деревьев скалу и обломки какой-то постройки. Сориентировавшись, отряд свернул туда.

— Смотрим под ноги! Под ноги! – прокричал я, когда рядом попытался упасть Пузо. – Не бросаем своих! Тащим!

Сумерки опускались на Пущу так стремительно, что ещё от силы полчаса – и я остался бы единственным, кто может ориентироваться в темноте. Но даже с другим взглядом в кромешной тьме не побегаешь. И своих не выведешь.

Пуща выпустила нас внезапно: вот мы продираемся между деревьев, и вот – оказываемся на каменистой поляне, посреди которой высится каменный холм. Холм не одинок: ещё несколько холмов поменьше – правда, заросших лесом – просматриваются невдалеке. Но здесь лес победу не одержал. То ли почва была слишком каменистой, то ли древние строители постарались. Но вокруг холма и на его склонах – деревьев нет. Трава и то растёт одинокими островками. А на вершине высится остов каменной башни. Верхняя часть её разрушилась от времени, дождей и ветров – и часть старого здания осела внутрь. Но нижние этажи уцелели. И даже вход, расположенный над землёй – сохранился. Не было только лестницы, которая помогла бы подняться наверх.