Книга Искупление грехов, страница 111 – Лео Сухов

Следуя примеру опытных бойцов, в бой включились и остальные защитники. Но было слишком поздно. В первые секунды тварей можно было скидывать, не пуская на стену, но, когда первые из них проникли на галерею, от былой неуклюжести не осталось и следа. Стрелы, летевшие с других участков стены, изменённую скотину если и тревожили, то не так сильно, как мечи и копья. И вот уже первые солдаты полетели со стен вниз, в сплошной туман. Их резко оборвавшиеся крики будто сорвали оцепенение – и на тварей навалились в полную силу.

Из тумана появились длинные побеги, ползшие по стене – по ним карабкались изменённые жители Линга. Бывшие горожане и селяне, не знавшие, с какого конца браться за выданное оружие. С хлипкими щитами – но весьма многочисленные и агрессивные. Ворота посёлка содрогнулись от страшного удара. В ответ вниз со стены полетели камни и копья, а страшный рёв в тумане возвестил, что неведомая тварь осталась недовольна. Когда из большого чана вниз при очередном ударе ливанули кипящее масло – чудище разозлилось и начало биться о стену рядом с воротами.

Бой на стене очень быстро превратился в странный и нескончаемый кошмар. Вот упала под ноги отсечённая лапа изменённой скотины – а в следующий момент возвратным движением меч распластал тело селянки с копьём. Белая рубашка мгновенно пропиталась кровью. Глаза женщины закатились, и она упала, а по её телу уже топтался новый противник – маленький, с клоками меха и шипами на спине. Тварь истошно визжала и наносила по щиту стремительные удары острыми, как бритва, когтями. Сзади появилась Пятнашка с копьём и проткнула зверюгу – а в следующий миг я уже сам прикрыл девушку от неумелого удара топором. Топор вылетел из руки полноватого дядьки – и тот с удивлением продолжал смотреть на пустую ладонь, когда я резанул его по горлу.

Где-то вспыхнуло пламя, и деревянная галерея начала гореть. Падали факелы, проливалось масло, обрушивались корзины с боеприпасами. Под ногами чавкала каша, рецепт которой не понравится ни одной благопристойной хозяйке. То тут, то там алхимики пытались прорвать оборону города туманом – но каждый раз порыв щекочущего кожу ветра очищал стену от вторжения. И нужно было просто продержаться несколько часов.

Неизвестная тварь под стенами, наконец, нашла ворота – и снова нанесла сокрушительный удар. В ответ со стены скинули заготовленное заранее бревно. Рёв и треск слились воедино. После падения бревно прокатилось совсем немного – его путь был слышен по отчаянным крикам и стонам из тумана. С бастионов по углам стены сорвались потоки искр мудрости, а под стеной вспыхнуло пламя. Оно охватило ползущие вверх побеги растений – и врагов, что не успели показаться из тумана. Это Ксарг и Соксон воспользовались тем, что алхимики были заняты прорывом, и нанесли ответный удар. В агонии огромный стебель уцепился за зубец стены и сорвал его вниз, сбил с ног троих бойцов, прошёлся по настилу – и снёс с него десяток тварей и часть досок. Вздрогнув в последний раз, стебель с треском и шумом упал в туман.

По всей стене, круша галерею, ломая стены икалеча людей, стебли опадали. Твари слабели, теряя силу и скорость. Добивали их по всей восточной части. Остатки жителей Линга, шедшие на приступ, были за короткое время безжалостно вырезаны. С ворот лилось масло и падали камни, не давая приблизиться неприятелю. Первый штурм подошёл к концу. Вокруг в разреженном от мудрости воздухе звучали приказы, стоны, крики.