Книга В начале пути, страница 154 – Лео Сухов

Готовился я и к новому посещению Города Молний. На этот раз нам требовался очень большой флот, чтобы вывезти оттуда все ценности и орудия. Попутно стоило бы высадиться на Меланге и организовать оборону и там.

Все эти события буквально спрессовались в считанные дни. Мне не удавалось даже поспать нормально. А что поделать? Время поджимало… Пусть пока молчали главы домов, пусть не подавал сигнала изначальный, но очень скоро дирижабли с красными кругами на бортах начнут перекрывать воздушные пути, захватывать непокорные скалы — и ещё неизвестно, удастся ли через треть сезона выбраться со своих скал. Значит, надо было поторапливаться — пока ветер без камней, как сказала бы моя бабушка.

…А однажды утром я проснулся от знакомого звука звонка. И увидел рядом с кроватью золотистый шар, который пропал, просигналив всего пару раз. Изначальный готов был встретиться и обсудить происходящее. И я тоже готов был к встрече. Осталось дело за малым…

В которой становится всё чудесатее и чудесатее, всё страньше и страньше

Остров в Пустоте — это очень странное место. И чем больше про него узнаешь, тем более странным оно кажется. С Острова невозможно упасть, просто шагнув с края. И выбросить ничего нельзя — я попробовал. Взял камушек в канализации и швырнул его в Пустоту, а она затормозила снаряд и вернула его обратно. Единственный выход с Острова располагается во Вратах Вечности — ну или в порталах, которые открывают посетители.

Ровный, как стол, этот кусок тверди висит там, где ничего нет. Ни единого источника света, кроме, опять-таки, Врат Вечности. Они-то как раз сияют как новогодняя ёлка, которую ставят в канун Рождества и Нового года у меня на Земле.

В этот раз ждать изначального пришлось долго. То ли он не верил, что мы так быстро явимся, то ли просто был чем-то занят. И я стоял перед Вратами Вечности и смотрел в арку, которая показывала мне Землю. Мою родину, ставшую для меня недостижимой. Смотрел, чтобы просто себя чем-нибудь занять.

И в какой-то момент изображение в арке изменилось. Пропала планета с огнями мегаполисов на ночной стороне и белыми разводами облаков на дневной, пропали звёзды и солнце. А потом изображение вернулось, демонстрируя мне огромную планету — больше Земли — которая медленно вращалась в свете невидимой звезды. И там, на планете, была жизнь — моря, леса, океаны, пустыни, реки и озёра, горы и… точки высоких скал.

Я понял, что смотрю на Терру так, будто нахожусь на борту орбитальной станции. И как только я это понял, изображение снова изменилось. На этот раз не было никаких глобальных картинок, хотя мне снова показывали Терру, а точнее — Великие горы во всём их великолепии. Высокие, неприступные. Однако там, над ними, куда-то на восток устремлялся золотистый дирижабль. Он всё приближался и приближался, пока я не разглядел седого старика в рубке, крепко держащего штурвал.

И снова изображение изменилось. Теперь я видел бесконечную равнину с одинокими пальцами скал. И снова золотистый дирижабль, и снова старик за штурвалом. Затем я увидел широкое ущелье с рваными краями, лишённое растительности и жизни, по дну которого тянулась цепочка горячих ядовитых озёр. И снова золотистый дирижабль несётся на восток над ущельем.

Затем я увидел холмистую равнину, заполненную стадами каких-то неведомых мне животных. Они жевали сочную салатовую траву и медленно перемещались по своему бесконечному пастбищу. А над ними опять летел маленький золотистый дирижабль.