Книга В начале пути, страница 113 – Лео Сухов

Ещё один комплекс, находившийся на нашем пути, ничего ценного не принёс. Зато за тот день, пока мы его раскапывали, над ним проклюнулись первые деревья, которые мы оросили живой водой. Деревьям не слишком комфортно на каменистой почве, но поскольку «Мэлоннель» вёз фонтан, который и не думал прекращать работу, а пить столько, сколько он вырабатывает, никто не мог, то за нашим дирижаблем тянулся шлейф из брызг и радуги. И неожиданно пробившейся растительности там, где её быть не должно. Радовало, что летели мы по диким местам, и некому было это подозрительное явление увидеть…

Впрочем, туристический сезон на Тег был в самом разгаре, и наше феерическое появление заметили сотни людей, отдыхавшие в гостиницах на нижнем плато. Пусть даже никто не видел, как фонтан выносили (после того, как «Мэлоннель» опустился на площадь перед архом), но догадаться было несложно. Да я и не собирался особо скрывать находку… Строители споро протянули от арха трубу и организовали несколько резервуаров, куда сливались тонкие струйки воды. В том числе и на Гостевом плато. Люди пили воду, люди чувствовали, что с ней что-то не так…

А когда я уже готовился к вылету на Большую скалу, прибыли столичные газеты — и на первых полосах красовался мой портрет!.. Кстати, не самый удачный… Не стесняясь в выражениях, авторы рассказывали почтенным читателям, что Фант, глава дома Комоф — жадина, каких свет не видывал: отрыл источник с живой водой и зажал. Возможно… Предположительно… Наверно… В общем, доказательств наличия источника у дома Комоф ни у кого не было — только подозрения, но вот то, что я злобный куркуль и жадина — сомнений не вызывало.

Я читал, возмущался и сокрушался, что на Терре нельзя подать в суд на защиту чести и достоинства… Ну а Араэле смотрела на меня и смеялась, подначивая тем, что теперь мне есть, что обсудить с Пелитом Скаво, пока тому не надоело жить и он не отказался от приёма водички.

— Вам, двум жадинам, есть на что пожаловаться друг другу! — заверила меня Эли.

Впрочем, забегая вперёд, когда мы улетали, тон статей сильно изменился, потому что на Тег прибыл какой-то известный журналист с Большой Скалы, выкупив себе местечко в гостинице. И вот теперь возмущались уже мои предприниматели… Причём при каждой встрече с журналистом. Потому что вредный писака сидел в гостинице, потягивая вино и поедая разносолы — и называл её клоповником… И уезжать не собирался, пока не выпьет ведро живой воды, которую здесь все получали совершенно бесплатно.

Но это если забегать вперёд… А тем временем на Проме готовился к вылету первый большой дирижабль дома Комоф, «Зевс». Это я настоял на таком названии. Да, с мастодонтами в триста метров длиной он, конечно, сравниться не мог. В нём было всего-то сто двадцать пассов (или сто восемьдесят метров). Однако для тех, кто был в теме — это оказался самый страшный корабль Терры. Пятьдесят орудий из Города Молний по одному борту, столько же — по другому! Десять орудий изначальных на носу, пятнадцать на корме! И два щита изначальных, чтобы можно было попеременно их включать.

И все орудия были соединены в единую систему, в центре которой обитал наш непоседливый артиллерист, Страж. Капитаном этого чуда техники, в котором смешались традиции трёх цивилизаций Терры я, само собой, назначил Эпирина — чтобы сильно не обижался. А поскольку это теперь был флагман, то и Талини на борту находился — на правах командующего флотом. Должен же кто-то за Эпирином приглядывать?