Книга Осколки былого величия, страница 96 – Лео Сухов

Утром меня разбудил стук в дверь. Открыв, я обнаружил на пороге Веру. Девушка выглядела встревоженной и уставшей. Само собой, я же должен был её подменить вечером… А сейчас было уже утро.

— Кэп, за нами хвост! — сообщила она. — Точнее, нас загоняют, как дикого зверя… А я больше не могу!..

— Я пока тоже не могу… — хмуро сказал я. — Но пяти минут мне хватит.

Похмелье было на удивление слабым… Лёгкая тяжесть в голове и небольшое нарушение в координации движений. Впрочем, откуда взяться большому похмелью, если я свалился от совсем небольшой дозы алкоголя? Чашка кофе — и я уже стоял за штурвалом в рубке, а Вера, наконец, отправилась спать.

Нас действительно пытались загонять… Пара десятков дирижаблей дома Порко старательно перекрывали все пути, куда бы мы ни пытались сунуться. Я склонился к трубке в логос-отсек и приказал:

— Рубари, Шиф, давайте там на полную!

— Сделаем! — ответил довольный Рубари.

Вскоре гул от логоса огня и пыхтение парового двигателя снизу усилились, а «Мэлоннель» ощутимо ускорился. Я включил все сферы пустоты, и мы начали стремительно подниматься. Естественно, наши преследователи повторили манёвр, всё ещё пытаясь перекрыть все пути отхода. Сначала я резко сблизился с дирижаблями на востоке — а затем поставил «Мэлоннель» носом на запад и продолжил подъём.

— Луп! Луп! — крикнул я в коридор.

— Да, кэп? — отозвался тот.

— Всех людей с палубы убирай! — приказал я. — Сейчас будет холодно!

Сам же в это время залез в настройки универсального щита и принялся конструировать защиту, которая накрыла бы весь «Мэлоннель». Конечно, долго я её держать не смогу. Чем больше объём защищаемого пространства, тем больше жрёт щит. Минута удержания сферы, которая прикрыла бы весь эфирный корабль, обойдётся тысяч в семьдесят единиц пневмы. Однако мне и не нужно было больше…

За бортами гондолы завыл ветер. Чем выше мы поднимались, тем холоднее становилось — и тем сильнее дуло с запада. В какой-то момент преследователи почти перестали смещаться, и три дирижабля, блокировавшие западное направление, начали стремительно приближаться к нам. Ещё парочка кораблей Порко продолжила подъём, пытаясь перехватить нас выше. А ещё три воздушных судна начали перекрывать спуск.

Я смотрел, как на палубе врага матросы готовят орудия, чтобы начать стрельбу. И да, им приходилось туго! Конечно, ведь за бортом мороз такой, какого и на северных скалах не встретишь. Я поднял дирижабль ещё выше, а потом резко включил поворот. И ветер, бывший нам всё это время противником, стал союзником… «Мэлоннель», как выпущенный из пушки снаряд, рванул на восток, продолжая свой подъём. Дирижабли, подходившие с запада, принялись быстро удаляться. А те, что были на востоке — приближаться.

Враг, конечно же, принялся разворачиваться и набирать скорость по ветру, но «Мэлоннель» тоже не стоял на месте. Мы забирались всё выше и выше, где ветра дуют такие, что просто дух захватывает — ну а преимущество в скорости вышло настолько фантастическим, что даже щит ставить не пришлось. На тех эфирных кораблях, которые пытались блокировать нас с востока, ещё орудия в готовность привести не успели, как мы уже были очень далеко…

Хотелось бы остаться подольше на той высоте, где мы оказались. Но я понимал, что там можно упустить момент — и очнуться только тогда, когда снизу потянутся снежные пики Великих Гор. К тому же, корпус и такелаж уже подозрительно скрипели, а в рубке стало отчётливо сложно дышать. Я отключил две сферы пустоты, переводя дирижабль в контролируемое падение. Наши преследователи виднелись вдалеке — как крохотные чёрные точки. Они просто не успевали нас догнать.