Книга Осколки былого величия, страница 157 – Лео Сухов

В которой я сталкиваюсь с тем, что не могу принять ни под каким соусом

Немного покормить — это ещё слабо сказано… По моей просьбе, сегодня на камбузе расстарались, как для самого наидражайшего гостя. Всё-таки я когда-то и сам, считайте, голодал — знаю, как желудок к позвоночнику противно прилипает…

После супа на стол перед Мотоном легла тарелка с тушёными овощами, прямо на которую, когда та была вычищена до блеска кусочком хлеба, плюхнулся громадный шмат мяса, истекающий соком. Перемена блюд а-ля «Мэлоннель»! Ну а что? У нас здесь не ресторан изысканных блюд, и нормальных официантов нет.

— Ну давай, рассказывай! — предложил я, присаживаясь на диванчик после того, как доходяга Мотон всосал в себя мясо за несколько секунд. У него даже щёки порозовели от непривычного избытка еды, а притащивший еду Илен и вовсе глядел на бедолагу взглядом довольной бабушки, накормившей внучка.

Рядом со мной пристроилась Араэле. За ней, на самом краю дивана — Илен. Танг уселся на стул с нашей стороны стола, а всё ещё вздрагивающий от резких звуков Мотон — в кресле напротив, обнимая чашку с травяным настоем, как лучшего друга.

— А вы… Вы точно не собираетесь меня… Того… — заколебался Мотон, спрятав нос в чашку.

— Мы по бабам! — грозно обозначил Илен. — Простите, грани!..

— Ничего, я привыкла! — Араэле весело подмигнула здоровяку.

— И я не… Ну, в общем, не похищен, да? — уточнил Мотон.

— Мотон, послушай… — я чуть наклонился вперёд и доверительно произнёс. — Я ведь прямо при тебе отправил матросов подготовить каюту к твоему заселению. Я капитан этого эфирного корабля и при необходимости мог бы тебя здесь убить, пытать и всё такое прочее. И даже если ты позвал бы на помощь, никто не вмешался бы. Но я ведь ничего этого не делаю!

Последние слова пришлось договаривать очень поспешно, потому что бедняга начал дрожать так, что горячий отвар из чашки грозил выплеснуться на руки.

— Мы с тобой спокойно сидим в кают-компании и ведём разговор, — продолжил я уже более неспешно. — Тебя поят отваром, тебе готовят каюту… Кстати, меня зовут Фант! Я глава дома Комоф.

— Того самого? — удивлённо воззрился на меня Мотон.

— Кого «того самого»? — не понял я.

— Который отбился от шестнадцати домов? — у Мотона даже взгляд ожил и на пару секунд перестал быть затравленным, но он очень быстро опомнился, — Простите, гра. Я просто… Просто уже давно ни с кем не общаюсь, и все новости узнаю из несвежих газет.

— Давай так! — предложил я. — Я либо Фант, либо кэп.

— Хорошо, г… кэп! — кивнул Мотон.

— Что касается твоего вопроса… — вспомнил я. — Да, я глава того самого дома Комоф, который отбился от шестнадцати зажравшихся объединений аристократов. И готов был даже повторить, но почему-то все отказались. А теперь рассказывай свою историю. И, пожалуйста, особенно заостри внимание на всём, что ты знаешь про похищения.

— Простите, кэп… Я… — парень снова замялся. — Я хотел спросить… Какое вам до этого дело? Простите, если я… Просто домам всегда наплевать, что происходит на свободных скалах.

— Меня это коснулось в рамках того дела, которым я сейчас занимаюсь, — объяснил я — И да, ты прав, вряд ли бы я узнал про происходящее на Лире, если бы сам тут не оказался. А теперь рассказывай…

— Я… Знаете, я родился на севере, — проговорил Мотон. — Мечтал всю жизнь попасть на юг, а то мне зимы очень не нравились… Долго работал помощником торговца на своей скале, а тут мне предложили перебраться сюда, на Лиру. Я согласился, не раздумывая… Когда я только появился на Лире, мне объяснили несколько простых правил, которые надо соблюдать. Ночью нельзя ходить одному, вечером нельзя ходить пьяным, даже в компании. Ну а днём не надо ходить пьяным или больным одному. Здесь похищают людей, как вы теперь знаете…