Онлайн книга «Эфирные контрабандисты»
|
— Сл-д-вать пр-гр-ммам — зн-чит, б-ть з-к-н-п-сл-шным, — пояснил мне Рубари. — Да… У нас в яслях образование слов несколько отличалось, — несколько удивлённо проговорил я. — В общем, у автоматонов три последовательности действий, которые они могут совершать. Все они записаны на катушках. Вот на этих. Какая из катушек будет запущена, зависит от логосов и вот от этого механизма в голове, который соединён с окулярами. Все движения совершались с помощью вот этого «сердца», в котором раньше был пар. Давление пара и вызывало движение механических рук и ног. — А где пар? — поинтересовалась Араэле. — Ты своими выстрелами перебила трубку, и он улетучился. Без нужного давления эта машина работать не будет. Но… Если восстановить трубку и наполнить эту систему водой — этот автоматон снова начнёт двигаться по заданной программе. — А это что? — спросил Таби, показывая на множество вращающихся барабанов с углублениями, которые крепились на осях вдоль спины. — Не знаю. Но чисто теоретически… — предположил я. — Эти барабаны тоже как-то могли управлять действиями автоматона. Мне кажется, они позволяют корректировать движение… Но это лишь предположение. Просто за столько лет любая программа давно бы сбилась, но автоматоны продолжают ходить по заданным траекториям и выполнять какие-то действия. Я ведь видел их с высоты на улицах города… — Все их видели, кто пролетал рядом! — кивнул Кесан. — Всё-таки не верится, что это всего лишь последовательность записанных действий. Они ведут себя так… Как бы это сказать… По-живому. — Они ведут себя, как автоматоны, — не согласился я. — Если бы вам было с чем сравнивать, вы бы сразу поняли, что их алгоритмика действий довольно проста. Самое сложное для меня — вот эта часть в голове с логосами… — И чем нам это поможет? — спросила Араэле. — Теперь я точно знаю, что каждое орудие, каждый ходячий автоматон — все они действуют по определённым программам… — пояснил я. — Вот оно — хоть и неживое, но доказательство этого. И нам надо понять, что запускает процесс стрельбы. Вчера мы своим вторжением в охраняемую часть города спровоцировали программу, которая позволила стрелять по нам вслепую. Араэле, как там вообще началась стрельба? — Ну смотри… Сначала орудия закрутились, но потом сразу все уставились в одну сторону, — припомнила девушка. — Я тогда ещё подумала, что, наверно, вы где-то там находитесь… — Орудия сразу стреляли? — уточнил я. — Нет. Но я всё равно подняла руку, чтобы вы знали, что они ожили. Потом на улицы стали выходить такие вот автоматоны. Одни просто шли по улицам, а другие заходили в дома. А потом орудия неожиданно все разом начали стрельбу… Я задумался, пытаясь вспомнить, когда мы в первый раз услышали звуки автоматонов. Однако совершенно точно определить мог только того робота, который скрипел. Другие ходили почти бесшумно, очень аккуратно ставя ноги на землю — для чего, кстати, в их ногах были встроены механические ограничители, которые давали обратную связь на струну. Однако всё описываемое Араэле вполне укладывалось в теорию, что где-то мы нарвались на сигналку, которая и заставила автоматические механизмы начать поиски нарушителей. То есть, где-то запустилась программа выявления таких нарушителей, как мы, а потом — включилась программа стрельбы вслепую. Точнее, не вслепую, а с помощью ходячих корректировщиков… |