Онлайн книга «Города в поднебесье»
|
Девочка замолчала, а я дал ей время подумать над ответом, но так его и не дождался. — Ладно, забудь! — отмахнулся я. — Я уже почти не обижаюсь. Есть там чего поесть? Мы вернулись с девочкой в убежище. Я ужинал, Нанна легла спать, Рубари — тоже. А я полез в книги и занялся расчётами и планированием. На обратной стороне обложки «Особенностей постройки эфирных судов» я начал накидывать схему подъёмного шара, на котором и собирался забраться на верхнее плато. Можно было, конечно, обойтись и без черканий на бумаге, но мне всегда так легче думается — и я точно знаю, что в этом не одинок. Среди людей многие предпочитают черкать именно на бумаге. Там же я оставлял все свои пометки и предположения. Я так увлёкся, что не заметил, как проснулся мой сменщик — Рубари. Когда он кашлянул у меня за спиной, привлекая внимание, я даже вздрогнул от неожиданности и принялся думать, сколько он уже там стоит. — Так с-жжёшь ткань! — заметил он, указывая на факел в руке схематичного человечка. — Н-да пл-мя о-о-о-тд-лить. И-и-и… о-о-отк-да ткань? — С городского дирижабля… — ответил я. — И логосы сферы пустоты оттуда же. — То д-ло! — одобрил Рубари. — С т-бой п-йду! Я кивнул, показывая, что не против, а потом достал записки механика с дирижабля и показал ему. Рубари долго вчитывался в строчки текста — где-то кивал, где-то хмурился, но понимал там явно больше, чем я. — Где взять н-вйю ткань? — спросил он, наконец, и это был его первый серьёзный вопрос. И самое главное, что к ответу я был готов. Всё-таки не зря периодически думал о том, как и из чего делать аэростат и гондолу… — На складе Тацы, — ответил я. — Я там работал, и там же хранилась ткань для нового городского дирижабля. Десять мотков: шириной в пасс и по сорок пассов длины. Всего четыре сотни квадратных пассов. А если делать аэростат с расчётом на две сферы, надо всего триста пассов. Нам должно хватить. Если переводить в знакомые величины, то ткани было на шесть сотен метров площади, а чтобы сшить оболочку, требовалось около четырёх с половиной сотен метров площади. Конечно, будут обрезки, которые в дело не пойдут, но при таком запасе это не критично. Критично было всё сначала считать в метрической системе, а потом переводить в местную… — Если разогреем воздух внутри до четвёртой отметки, — и да, понятие градусов у них тут отсутствовало, но температуру мерить умели. Просто отметки были другие, — то сможем утащить сорок талантов… — Н-жна д-ска и-и-из б-л-го д-р-ва? — заметил Рубари. — Н-жен л-гос о-о-о-огня! — Белое дерево? — переспросив, я дождался кивка, а потом сбегал за одной из лёгких досок, найденных и отложенных в сторону. — Это она? — Да! — кивнул Рубари. — Логос огня сейчас в храме, — пояснил я. — Как достать его, я пока не придумал. Там сидит здоровая скамори и не спит… — Я-а-асно! — снова кивнул Рубари. — П-р-д-м-ем! — А доски должны быть в подпортовых складах! — заметил я. — У нас на складе был такелаж и ткань. Такелаж отправили в подпортовый склад. Скорее всего, туда свозили всё, что было нужно для нового городского дирижабля. Собрать его можно будет на верхнем плато. — Н-да п-д-мать! — заметил Рубари. — Т-бе п-спать! Перед тем как я уснул, ремесленник выпросил у меня ненужные книги и грифель. И последнее, что я видел — как этот бородатый и волосатый медведь сидит при свете очага, склонившись над всеми справочными материалами, что я успел достать, и что-то пишет в книге, высунув от усердия язык. |