Книга Города в поднебесье, страница 7 – Лео Сухов

— Почему так холодно? — спросил я.

— Ну знаешь… На высоте всегда холоднее! — объяснил мне со всей серьёзностью здоровяк.

— Пибо, он в курсе! — укоризненно заметила Лара. — Он же мой земляк.

— Ну знаешь… С ваших яслей вообще все такие странные в последние лет тридцать приходят… — ответил дядька, которого звали Пибо. — Уже и не знаешь, что надо объяснять, а что не надо.

— Мы в летающей лодке, Фант, и поднимаемся всё выше, — заботливо пояснила мне Лара. — Ты разве не увидел?

— Нет, вообще меня свет слепил… — признался я.

— Наша малышка «Пап-ти» сейчас ползёт ввысь… Наверно, уже забралась сотни на две пассов! — пояснил Пибо. — И это ещё не холодно! Вот что будет здесь, в трюме, когда мы до первого мильпасса дойдём!.. Вот тут только держись! Так что пошли скорее!

Сам он уже активно карабкался по лестнице, а Лара подтолкнула меня за ним, добавив:

— Пасс — это полтора метра, а мильпасс — тысяча пассов. Это, кстати, римская система мер длины. Не удивляйся: наша песочница немало привнесла сюда…

За лестницей обнаружился полутёмный коридор со множеством дверных проёмов, который заканчивался очередным подъёмом и люком. Этаж был таким низким, что я чуть потолок головой не задевал. А тот же Пибо так и вообще шёл, пригнувшись.

— Пошли… — Пибо махнул рукой в сторону следующей лестницы. — Чем быстрее поднимемся к ядру, тем лучше. Там Огненный Логос! Там тепло! Найдём тебе одёжку из запасов, да и каюту выделим.

— Спасибо! — поблагодарил я, видимо, сразу за всё обещанное вместе.

Над этим коридором находился ещё один такой же. А потом ещё один — и всё это был трюм. А вот потом мы попали в большой зал, в центре которого я увидел такое, после чего вообще перестал понимать что-либо вокруг. Там, заключённый в золотистую сеть, ревел огненный шар диаметром, наверно, метра три. Рядом с шаром стояли какие-то котлы и ящики, а прямо над ним располагался раструб, куда рвался тёплый воздух.

— Это «средний огненный логос в сети», — пояснила мне Лара. Правда, понятнее мне не стало, но, видимо, девушка была в курсе. — Пока что не заморачивайся! Потом поймёшь. Это, если коротко, сразу и двигатель, и топливо нашего «Пап-ти». Этот огонь надувает аэростат над нами и питает винты, которые дают дополнительную подъёмную силу.

— Так мы на воздушном шаре? — догадался я.

— Скорее, на дирижабле, — кивнула девушка.

Ларе на вид было чуть больше, чем мне — молодая, темноволосая, сероглазая и, на мой взгляд, довольно симпатичная. Когда она улыбалась, на её щеках появлялись довольно милые ямочки. А Пибо был темноволосым, загорелым, кареглазым — ни дать ни взять настоящий араб. Сходство усиливала ещё и густая борода. Возраст определить было сложно, но я бы не дал ему и тридцати пяти — хотя бы потому, что не заметил в неверном свете фонаря ни одного седого волоса.

— От него у нас всё, — добавил Пибо. — Тепло в жилой части гондолы, ход, подъём, вода… Так что вот ты его сейчас увидел один раз — и больше не увидишь! Сюда доступ есть только у меня и моего помощника, но так будет быстрее добраться от трюма до жилой части.

Здоровяк махнул рукой в сторону паренька, суетившегося у одного из ящиков.

— Тандо, я сейчас подойду! — крикнул Пибо помощнику. — Только выдам одежду новенькому!

Помощник не стал даже оборачиваться. Просто махнул рукой, показывая, что всё слышал, и продолжил свою работу.