Книга Реконкистадоры, страница 165 – Лео Сухов

Когда последний коготь вместе с куском фальшборта канул в море, мы лишились почти всего руководства, первым принявшего удар, и ещё трети ударников. Пальцы пришлось колоть штыками ружей, так что и несколько ружей мы в процессе потеряли в морской пучине. Часть досок настила расходилась, а в центральном отсеке тримарана была обнаружена течь. К счастью, матросы уверяли, что это недоразумение можно и на ходу залатать. Так что я не стал вникать в дела, а отправился прямиком к яйцу.

— Ничего страшного, говорили они! Просто зверушка интересуется, говорили они! — этими словами я встретил Кирилла, выходящего из яйца.

Хмурый Медоед, уже одевавшийся поодаль, тяжело вздохнул.

— Ну да-да! Ты был прав, а мы не правы, — кивнул Кирилл. — Извини…

— И всё?! — я схватился за волосы. — И это всё?!

— Ну а что мы должны теперь делать? — буркнул Медоед.

— Дайте подумаю… — и я серьёзно задумался секунд на десять, а уже потом, выдержав театральную паузу, сообщил. — Вы должны драть на себе волосы и посыпать залысины пеплом!

— Ой, пеплом ещё ладно! — отмахнулся Кирилл. — Но волосы драть… С возвращением, Саш!

Последняя фраза относилась к вышедшему из яйца третьему соправителю Мыса.

— Ну не хочешь свои драть — так подери волосы Саши! — не расстроился я.

— Мои тоже драть не надо! — сразу нашёлся Саша. — А где этот длинношеий маньяк? Всё ещё нас преследует?

— А вы как думали? — я усмехнулся. — Два дня за нами плыл, а теперь отставать? Скажите спасибо, что он тормоз — и пока не может снова догнать.

— Я ему догоню! — заревел Медоед, рванув к выходу из комнаты, где была расположена точка возрождения, и на бегу крича в голос. — Доклад о повреждениях! Живо!..

Утро мы встретили злыми и невыспавшимися. Ночные приключения заставили нас грести круглосуточно. И даже запасы энергии медленно стали убывать, хоть их у меня и было много.

Конец боя нам система не засчитала, что было вполне себе объяснимо — иногда над водой показывалась голова нашего преследователя. Днём он, конечно, начал отставать, зато в темноте, как пароход, пыхтел за кормой. Значит, и следующей ночью продолжит преследование. Дологнисские твари, на моей памяти, обычно не бросали добычу, если уж заприметили. И упорства им было не занимать…

Матросы весь день пытались оперативно, прямо в походе, решить вопрос с повреждениями, которые получило судно. Что было весьма непросто — но, как я понял, если бы в Бироке мы заленились всё перебрать и укрепить, было бы ещё хуже.

Наши мастера делали из подручных материалов вёсла, чтобы увеличить скорость за счёт большего количества гребцов. За день сделали ещё десять штук. Хоть те и не были такими удобными, как старые, имевшиеся на «Трёх топорах» — но всё лучше, чем очередной бой со странной тварюгой.

С наступлением сумерек исполинская тварь ускорилась и медленно начала настигать корабль. Ветер к этому времени стал слабее, и если бы не гребные команды — догнала бы она нас, как пить дать. Утром её башка была обнаружена всего в метрах в двадцати за кормой. А впереди уже слышался грохот неумолимо приближавшихся Валов, и наш корабль стал разворачиваться на запад.

— Филя! — позвал меня Медоед.

Рядом с ним уже стояли Котов, Кирилл, Саша и Борборыч. Видимо, планировался какой-то совет, на котором меня очень ждали. А поскольку я был единственным из руководства, кто от гребли не отлынивал, то и пришёл последним.