Онлайн книга «Реконкистадоры»
|
— Вот, командир, для протирки ранений, горла и пищевода! — гордо заявил Клоп. — А если перегруз будет? — возмутился кто-то из ударников. — От пары кувшинов — не будет! — безапелляционно заявил алконавт, раз в двадцать занизив на словах количество дезинфицирующих средств. — Начнёте тонуть — выпьете! — Ага, и перегруз сразу уйдёт! — важно кивнул Толстый. — Как и не было! — поддержал его Вислый. И оба сразу получили отлуп. — Никуда он не уйдёт, неучи! — возмущённо заявил Клоп. — Но кто выпьет — обязательно выплывет! В общем, грузились мы в окружении целой толпы провожающих, что, надо сказать, было весьма приятно. Меня и ударников никогда ещё так Мыс не провожал. Чаще всего мы убегали по своим делам, а на нас даже старались не смотреть лишний раз. Да и в этот раз, скорее всего, провожали не нас, а Кирилла с Сашей… Зато и нам прощаний перепало!.. Медоед встречал всех на палубе вместе с матросами. И да, у него действительно в команде было два вышронца и один четырёхрукий скитис. Сам Медоед лишь указывал, кого и куда определять, а его помощники размещали новых пассажиров. Жилыми в корабле были, в основном, надстройки на носу и корме, а также средняя часть тримарана. В ладьи вышронцев закидывали груз. Я отправил ударников и Аришу обустраиваться, а сам остался рядом с бывшим главой Альянса. — Филя, сгинь с палубы и не мешайся погрузке! — попросил тот. — Хрен тебе! — ответил я. — Мне и самому интересно понаблюдать… — Я знал, что ты откажешься, — кивнул Медоед. — Но попробовать было нужно. Зато теперь ты знаешь, что ты нехороший человек!.. — На себя посмотри! — ничуть не обеспокоился я. — Так, а это что за кувшины? — спросил Медоед, с подозрением разглядывая тележку. — Это то, что до прибытия к тебе на остров надо запереть, — ответил я. — Мы, конечно, нагрузили фонарей и запас масла для них, но спалить корабль по пьяни можно и с ними. — Понял, запрём… Когда тримаран отчалил от берега, только начинался рассвет… Толпа на берегу смотрела нам вслед, а я вспоминал старую бардовскую песню про бригантину в дальнем синем море. Море пока было не синее, а почти чёрное. Вот будет день, взойдёт солнце — и будет синее море. Но вот песня всё равно в голове старательно крутилась… Чтобы не мешаться, я ушёл на правую вышронскую ладью, сел на краю борта, свесил ноги и смотрел на Мыс. Я его никогда ещё с моря в таком ракурсе не видел. Всё больше с берега и с наших кораблей, которые от пляжа далеко старались не отходить. Тримаран Медоеда скользил по тёмной воде прочь от берега, прямо к полосе разбивающихся об отмель волн. Их грохот становился всё ближе с каждой минутой. Солнце, наконец, показалось из-за горизонта и стремительно поползло выше. И море, наконец, обрело привычный ярко-голубой цвет. — Филя! Отходи от борта! Сейчас волна будет! — крикнул мне Медоед, а я подумал, что наверняка же у корабля и название есть. Надо бы узнать… С сожалением поднявшись на ноги, я вернулся на настил в центре. Отсюда не так хорошо чувствовалось, что мы вообще куда-то плывём, но и за бортом оказаться я не особо хотел. Кто знает, как здесь будет трясти, когда мы доберёмся до глубины?.. Море я не знал совершенно, не чувствовал его и не понимал, хоть и любил поваляться на пляже… Первый морской вал обрушился на корабль и перекатился через оба носа тримарана. Вода добралась до помоста, но выплеснуться на палубу не смогла. Экипаж судна засуетился, чуть отворачивая в сторону, чтобы встретить следующую волну боком. И на второй вал корабль уже взобрался, перевалился через него — и заскользил дальше. Третий и четвёртый валы мы почти не почувствовали — а после уже выбрались на морской простор и двинулись на юг. |