Книга Последний довод королей, страница 92 – Лео Сухов

Лестница кончилась довольно быстро, выведя меня в небольшой пустой зал. Из него вело несколько проходов, расположенных справа, слева и впереди. Я выбрал правый проход, прошёл метров сто по коридору, постоянно меняющему направление – и оказался перед новой развилкой… Слишком много развилок… Сунувшись в правый коридор, я вскоре оказался в тупике… Лабиринт… Нить… Какой знакомый сюжет!..

— Да ну ладно… И где ты минотавра возьмёшь? – пробормотал я. – Неужели и такие твари здесь имеются?

Система ничего не ответила. Видимо, посчитала, что древнему греку Филиппу не положено про неё много знать – и уж тем более обращаться к ней без жреческого или царского статуса. Так что пришлось продолжить исследование лабиринта самостоятельно и без подсказок. И ещё в полной тишине…

Я не могу сказать, что далеко продвинулся в своих блужданиях, когда где-то впереди раздались крики – которые, впрочем, почти мгновенно замолкли.

Втроём пришли – втроём уйдёте. Вас убивает боль от потери товарищей!

Я снова был в темноте, лёжа спиной на холодном камне. Проверил показатели усталости, голода и жажды – все они медленно опускались. Что будет, когда все они скакнут в отрицательное значение и опустят жизнь до нуля, было понятно – я умру навсегда.

— Дьявол! Как неудачно нарвались… – раздался совсем рядом голос Эусторжио.

— Пока рано говорить об удаче. До вас было ещё далековато идти, – ответил я. – Я удивлён, что Ариша тебя сразу не прирезала.

— Она даже не пыталась! – признался итальянец. – Весьма деятельная и сообразительная сеньорита. Она сразу предложила заключить перемирие.

— Была бы сообразительной, не кидалась бы на меня с ножом. Из-за неё мы все и умерли в первый раз… – заметил я. – И теперь мы сидим здесь без света и даже без прикрытия. Вы, конечно же, не видели, кто вас убил?

— Нет… – ответил Эусторжио. – Увы! Но нет! А что у нас было за прикрытие?

— Зверь из того квеста, где мы с тобой познакомились, – признался я. – Я его теперь могу призывать. Вот только до его возрождения придётся ждать 30 дней.

— Да, и в самом деле, жаль! – согласился Эусторжио. – Он видел в темноте…

— Ладно, поднимаемся! Попробуем определить, куда идти.

Мы находились в квадратном (по результатам ощупывания) зале, из которого – вот так неожиданность! – вело сразу четыре прохода. Один заканчивался тупиком, а три других – развилками. По словам Эусторжио, в прошлый раз всё было так же. Что наводило на мысль, что все элементы лабиринта либо однотипные – либо возрождение внутри лабиринта всегда происходит в одном и том же месте.

Я пошёл первым, а Эусторжио – за мной. Чтобы не потеряться, он держался рукой за моё плечо. Мы договорились, что если я присяду, то он замолкает и делает ровно то же самое.

— Кто из нас первый окажется с нитью после перерождения, – сказал я, – тому предстоит спуститься вниз и громко кричать.

— Зачем?

— Тогда те, кто будут здесь, сумеют определить направление, куда надо выходить, – ответил я. – Ты заметил, что все повороты тут ровно под прямым углом?

— Ага, – кивнул итальянец.

— Получается, каждый поворот будет изменять твоё направление ровно на девяносто градусов. И считая повороты, можно отслеживать, где находится выход.

— Я не очень вот в этом во всём… – признался Эусторжио. – Это вы, русские, любите математику.