Онлайн книга «Зловонючая долина»
|
Тем не менее, удар головой об землю пошёл мне на пользу. Спустя пару секунд созерцания ночного неба я наконец-то вырубился, погрузившись в спасительное забытье. Когда я пришёл в себя, мне было плохо. Я бы даже сказал, очень плохо. Меня страшно мутило. Левая нога будто огнём горела. Да и зрение практически отсутствовало. Вместо «изображения» перед глазами мелькали какие-то мутные пятна… И со слухом, похоже, тоже была какая-то беда. Голоса людей, суетившихся вокруг, доносились плохо. Как сквозь толстый слой ваты. Смысл того, что говорили, и даже отдельных слов ускользал. Я попытался пошевелиться, попробовал прислушаться и сам что-то сказать… Но единственное слово, которое мне удалось расслышать, было: — Наркоз! Дневник Листова И. А. Неизвестный день. На краю жизни и смерти. Я приходил в себя… Болела голова… Болела левая нога… Болело отбитое тело… Я пытался вспомнить, что я, кто я… И как попал в такие неприятности… Но не смог вспомнить даже, как меня зовут. Я знал только, что мне очень плохо. А значит, надо бы позвать на помощь. Но кто откликнется на мой зов? Враг или друг? Ответ на этот вопрос показался мне ужасно важным… Но я не мог отыскать эту стратегическую информацию в своей больной голове. Любая попытка думать делала ещё хуже. Как будто меня засасывало в омут боли и отчаяния. А вдруг я навсегда останусь таким тупым? Эта мысль синхронизировалась с новой вспышкой боли в ноге… И в какой-то момент я, кажется, перенапрягся… А омут, в который меня затягивало, вдруг оказался спасительным. Он отключил не только боль, но и беспокойную головушку. Дневник Листова И. А. Неизвестный день. Не совсем здоров. Стон вырвался из пересохшего рта сам собой: я не собирался подавать никаких признаков жизни. Чьи-то тёплые маленькие руки погладили меня по лбу, а смутно знакомый голос спросил: — Вано? Ты меня слышишь? Ну да, я Вано. А это Кэт. И где-то тут наверняка есть Русый. И Мелкий. И зануда Грим. И священник, отец Фёдор. Интересно, он меня уже отпел? Или что там полагается делать с покойниками? А вообще приятно… Не то, конечно, что я какой-то не особо живой… А что Кэт за меня так трогательно переживает… Надо бы ей улыбнуться. Ей понравится. Я помню: мне говорили, что у меня улыбка очень обаятельная… Так, Вано. Соберись… Это просто… Надо растянуть уголки губ, оскалить зубы, слегка прищурить глаза… Вот это было лишнее! Блин, как больно-то… В итоге, я смог только ещё раз простонать. Но уже по-другому. На этот раз утвердительно. И Кэт меня отлично поняла. — Сейчас, подожди! Сейчас!.. — попросила она, а затем громко закричала куда-то в сторону: — Грим! Сюда!.. Ну зачем так громко? Больно же!.. Я слабо дёрнулся, и стало только ещё хуже. Зато в моей голове возник гениальный план. Я буду просто лежать, игнорируя страшные муки и жуткие страдания. И — о чудо! — помогло. Не сразу, но слегка отпустило. Ушли «приятнейшие» ощущения: и тошноты, и головной боли, и головокружения… Осталась только пульсирующая боль в левой ноге. Где-то чуть ниже колена. — Пришёл в себя? — уточнил голос Пилигрима. — Да… Кажется… — неуверенно ответила Кэт. — Вано! Если бы ты себя видел! — снова заговорил Грим. — Видал я многих покойников… Но большинство из них выглядели куда симпатичней тебя! На этот раз я отвечал осторожно, тихо… И даже смог выдавить из себя членораздельное сообщение: |