Книга Япона осень, страница 165 – Лео Сухов

— Да, всё так! А ваша выгода в том, что вы получите три лояльных вам дома. А это, без малого, почти половина нашего населения! И они не будут воевать против вас! — чуть наклонился вперёд господин Аоки. — Мы готовы даже подписать вассальное соглашение и помогать вам в войнах. Но, к сожалению, не против своих же соотечественников! Это основное условие.

— У нас есть время подумать? — поинтересовался белый бородач.

— О! Сколько угодно! — развёл руками господин Аоки. — В связи с эпидемией, разразившейся в ваших землях, в основном лагере было принято решение отойти на север, к границе лесов. И, соответственно, временно прекратить боевые действия. Думаю, мы выждем некоторое время, прежде чем снова идти к реке… Значит, месяц-другой у вас есть! Но хотелось бы услышать ваше решение к моменту, когда наш совет опять решит устроить войну. Нам, если честно, уже не хотелось бы в ней участвовать…

Бородач улыбнулся и кивнул, подтверждая, что не только услышал, но и оценил откровенность господин Аоки.

— В таком случае, позвольте откланяться! — господин Аоки встал со стула, а русский протянул ему металлическую табличку.

— Всего вам хорошего, господа! — сказал он. — Будем ждать вашего возвращения. И решение к вашему приходу обязательно примем.

Папа, мама, и что мне было делать? Зная о том, что дом Аоки хочет увести половину населения на юг, должен ли я был кого-то предупредить?

Знаете, я долго думал… Возможно, вы скажете, что моё решение выглядит не слишком достойным, но я решил оставить всё, как есть. Мне надоела война.

Надоели походы, полукочевая жизнь, стычки, нападения… Мне надоела война с русскими… Я уже очень хочу где-нибудь осесть. И пусть там на юге много песка… Зато там есть море и мир.

Дневник Листова И. А.

Двести восемьдесят шестой день. Большой Белый Брат!

Кран трещал. Канаты тоже трещали. Качество у наших канатов, знаете ли, такое, что они и от меньшей нагрузки трещали бы. Однако, несмотря на треск, дело двигалось.

Правда, нам понадобился не один день, чтобы перетащить мелкие камни завала, не обрушив всё и вся…

И вот массивный кусок скалы, перекрывший доступ к Алтарю, оказался доступен. К нему подтянули стрелу, закрепили канаты — и принялись загружать противовес теми булыжниками, которые до этого оттащили в сторонку.

Наконец, при очередной попытке подъёма канаты натянулись, а огромный кусок скалы начал приподниматься. Часть людей тянула канаты на противоположном конце стрелы, а часть — продолжала загружать противовес. И так до тех пор, пока не удалось вытянуть кусок скалы достаточно высоко, чтобы он перестал цеплять землю.

— Держите! Только держите! — бегая туда-сюда, уговаривал всех наш маньяк-инженер. — Начинаем смещать! Начинаем!

Те работники, которые загружали противовес, кинулись к плите, взялись за канаты, которые не крепились к стреле крана, и стали тянуть конструкцию в сторону. Лично я удерживал стрелу приподнятой, поэтому повис на своём канате, приподняв ноги — чтобы не мешать перемещению всей конструкции в горизонтальной плоскости.

Пока вот так болтаешься, удерживая тяжеленную каменюку, в голову лезут всякие дурацкие мысли… Вроде того, выдержит ли канат меня, выдержит ли стрела скалу, выдержат ли канаты скалу…