Книга Япона осень, страница 130 – Лео Сухов

И я повис вниз головой.

Жутко неудобно…

А когда я, наконец, перестал орать, а дым снесло в сторону, внизу, подо мной стояла молодая темноволосая женщина. Красивая — со строгим таким, решительным лицом.

И она зачем-то целилась в меня из винтовки. Вроде бы это винтовка, если не ошибаюсь… На всякий случай, я выпустил топорик из висящих рук, и тот глухо шмякнулся на землю.

— Ты, ещё, мать твою, кто такой⁈ — недобрым голосом спросила женщина.

— Я?.. Нуб!

— Ну ясен хрен, что не ветеран! — буркнула она, сдув прядь волос с лица. — А дерьмом ты измазался для маскировки?

— Это не дерьмо! — возмутился я, потому что вот тут стало обидно. — Это грязь, трава и земля!

— Дерьмо, в общем… — кивнула девушка. — Это ты орал?

— Я, да… — признался я

— А зачем? — спросила девушка.

Честно говоря, эти странные вопросы уже начали меня раздражать. Не меньше, чем моё болтание вниз головой. Неправильные у меня какие-то спасители…

— На помощь звал! — огрызнулся я.

— Кого? — строго прищурила глаза девушка.

— Вас, блин, а кого тут ещё звать⁈ — вконец расстроился я. — Только кто же знал, что вы злые такие и в меня целиться будете?

— Ин, да кончай ты парня мучать! — откуда-то сбоку подошёл здоровенный молодец и приобнял девушку за талию. — Давай я его сниму, Инусь!

— А если он — враг? — чуть насмешливо, как мне показалось, уточнила девушка.

— Тёть Кострома, какой он враг, на⁈ — удивился чей-то голос сбоку. — Лох он!

Снизу появился низкорослый парень, которого я бы назвал мутным. Очень уж лицо у него было характ е рное. И повадки, как у хулиганов-гопников.

Но у парня было ружьё, а у меня — нет. И пришлось мысленно признать, что по сравнению с ним я действительно лох.

— Лоша-а-ара! — нараспев, как будто в такт моим мыслям, повторил парень.

— Мелкий, блин! Раз такой умный, снимай его сам и тащи в факторию! — рявкнула Инна-Кострома.

— А чо я-то⁈ — возбух тот.

— Да ты меня уже достал за сегодня! Брысь с глаз моих, балабол!..

Девушка с богатырём двинулись куда-то дальше. А мутный парень остался, глядя на меня.

— Если я, типа, перестрелю ремень, сумеешь на ноги приземлиться? — сплюнув, спросил он. — Или, как падла последний, шею себе сломаешь?

— Сломаю! — буркнул я.

А потом раскачался и схватился за ветку:

— И вообще! Ремень — штука ценная, а ты его собрался…

Я не договорил, уставившись вниз. Теперь, когда дым рассеялся, всё стало хорошо видно. Там, где совсем недавно была стая бестий, лежал десяток серых тел, и суетились люди. Кто-то, как настоящий мясник, разделывал туши. Кто-то возился с оружием: чистил его, что ли?

И всем, похоже, заправляла Инна-Кострома.

— Лошара!.. Это! Нуб! Спускайся давай! Чего ты замер-то? — крикнул снизу Мелкий.

Я распустил узлы и полез вниз. Что-то мне уже не нравились эти люди… Мутные они все какие-то!

Дневник Листова И. А.

Двести семьдесят пятый день. Выжившие!

— И как тебя зовут? — спросил я, усаживаясь напротив найдёныша.

— Саша, — ответил тот хмуро.

— Тебя накормили, напоили? — уточнил я.

Меня оторвали от увлекательнейшего занятия! Я наблюдал, как дровосеки пилят дерево. Они как раз делали один большой пропил параллельно земле. Как мне сказал Вадим, потом в него забьют клинья, и дерево само упадёт.

И я очень хотел дождаться момента, когда оно упадёт… Ни разу же не видел, как такого исполина валят! Но тут прибежал Мелкий и сказал, что они нашли какого-то паренька. Вот только этот найдёныш общаться не хочет. А из командиров только я был поблизости. Кострома с Дунаем, как я понял, свалили дальше бестий по лесу гонять.