Книга Дружба народов, страница 127 – Лео Сухов

Правда, не все они полезли в драку. Не участвовали женщины, которых было аж целых полтора десятка, и несколько мужчин, избежавших общего порыва. Да ещё пара десятков раненых и убитых первым залпом из арбалетов…

Зато остальные навалились на противника со всем пылом ненависти. А её у обиженных и притесняемых «кукушатами» накопилось немало…

И тут против «сил безопасности» сыграло сразу несколько факторов. Низкая дисциплина, давка во время прорыва на территорию амфитеатра, ну и общий беспорядок. Мужики не успели ни строя организовать, ни оружие сменить, а на каждого из них сходу накинулось по два-три противника.

А если брать в расчёт ещё и то, что главой группы редко становились за красивые глаза… Всё-таки немаловажную роль в становлении лидера играли мозги… Но скажем честно: кому нужны твои обмозгованные аргументы, если ты не можешь продвинуть их с помощью грубой силы?

В общем, главы групп были крайне неприятными и опасными противниками. А три таких врага одновременно — это вообще что-то из области ночных кошмаров. И не спасали бойцов «кукушат» ни деревянные шлемы, ни дубинки. Их просто атаковали со всех сторон, валили на землю, ну а дальше главное — ногами работать активно, и противник уже не поднимется.

Это не значит, что «силы безопасности» были сразу повержены. Вовсе нет. Но весы сражения стали клониться на сторону лидеров групп. К тому же, двадцати бойцам «кукушат», спешившим на помощь своим в амфитеатре, пришлось отбиваться от толпы «зрителей», пришедших под стены послушать, что решат на Большом Совете. Понимая, что их лидеры вступили в жестокий бой, они тоже стали давить, подступая ко входу.

Со стороны лагеря «кукушат» показалось ещё три десятка бойцов. И, возможно, они смогли бы урезонить и лидеров групп, и «зрителей»… А может, и нет. Не знаю, потому что всё пошло совсем по другому сценарию.

Я, Тихон и Пусть так и не добрались до сцены, за которой был выход. Драка там шла ожесточённая, а в пылу сражения нас влёгкую могли убить. Поэтому мы не стали мудрить и просто нашли слабое место в заборе, проломив себе выход.

Прямо за спинами тех двух десятков арбалетчиков, которые стращали толпу «зрителей».

— А! Гля, вылезли! — крикнул обернувшийся назад боец, после чего со злой ухмылкой навёл на нас арбалет. — А ну стоять! Всех вас, придурки, приказано арестовать!

— Да? — удивлённо проговорил я.

— Да это Вано! Его сказали в плен не брать! — сообщил второй арбалетчик.

Возможно, он хотел сказать что-то ещё… Но смысл сказанного дошёл до меня раньше, чем до арбалетчика, который в нас целился. Я рванул в сторону, на ходу вытаскивая револьвер. А болт бессильно врубился в забор в том месте, где я стоял ещё секунду назад.

— Эй!..

— Берегись!..

— Пушка!..

Те из бойцов «сил безопасности», кто успел обратить на нас внимание, всё правильно поняли. Но, как говорится, Бог создал людей разными, а Кольт всех бессовестно уравнял. У меня, конечно, не «кольт», а безымянный револьвер из Алтаря Вознаграждения, но чем он хуже?

Тем более, Тихон тоже вытащил револьвер, смещаясь вдоль забора — так же, как я, но в другую сторону.

Расстояние было плёвым, а в стрельбе я за последнее время поднаторел. И первые же пули нашли свои цели. Вот только времени на перезарядку нам не дали бы. И даже если бы мы с Тихоном не потратили ни одного лишнего патрона, против нас всё равно осталось бы восемь человек.