Книга Город-мечта, страница 36 – Лео Сухов

Я осторожно подтянул ноги к груди… Приготовился… И едва шаги зазвучали совсем рядом, восстал перед дозорным, как молчаливая тень возмездия.

Всю мою решимость, весь запал я вложил в один-единственный удар… Нож вошёл между рёбер слева и чуть под углом. Я шагнул к врагу, крепко обнимая его, чтобы удержать от падения, а заодно заткнуть рот плечом. Моим нежным объятиям мешала только рукоять моего же ножа…

Зато я, кажется, попал. Прямо в сердце. Во всяком случае, лицо дозорного застыло в посмертной маске удивления.

Тихо опустив его на землю, я услышал какую-то возню. Похоже, звуки шли со стороны того дежурного, к которому уползал Трибэ.

А потом прозвучал голос:

— Опа! У меня тут гость!

План висел на волоске, как и жизнь моего друга. Правда, адреналин ещё бурлил в моей крови. Поэтому подступившую было панику смыло, как волной. А я, стараясь подражать голосу убитого дежурного, глухо ответил:

— Ага… Дай гляну!

Не знаю, получилось ли у меня… Но я, не скрываясь, спокойным шагом двинулся к третьему дозорному. А тот даже особо не возражал. Он стоял спиной ко мне над телом Трибэ. И, услышав мои шаги, только спросил:

— Вась, может, разбудить командира?

— Ага, наверно… — отозвался я.

А потом резко зажал ему рот и полоснул ножом по горлу. Очень старался не зажмуривать глаза и резать глубоко, чтобы наверняка. Правда, враг тут же дёрнулся и попытался вырваться. Но кровь уже била толчками из горла. А вместе с ней тело дозорного покидали силы и жизнь.

Но пока они ещё были, он успел немало: дважды дать мне локтём по рёбрам, раза три лягнуться, всем весом повиснуть у меня на руках… Я стоически терпел. И только когда тело перестало трепыхаться, осторожно опустил его на землю и потянулся к Трибэ.

Друг был жив, но без чувств. Решив не жалеть «лечилки», я сразу вколол ему одну. Услышав рядом какой-то шорох, резко навёл винтовку на источник звука… Но, оказалось, это Мелкий, который сразу, хоть и шёпотом, подал голос:

— Как тут?..

— Снял дозорного, но Трибэ в отрубе… — шепнул я в ответ.

— Ну ё!.. Так и не решился… — вздохнул Мелкий. — Двинуть бы ему в зубы…

— Успеем… Давай дальше вдвоём! — я махнул рукой в сторону лагеря.

И тут же понял, что Мелкий в темноте мог не заметить этого жеста. Поэтому предложил ещё раз, тихим голосом.

— Поползли…

Мы подбирались к нашей цели, как два червя и один идиот. Конечно, у меня теплилась надежда, что мы были гордыми и смелыми червями… Но, скорее всего — просто земляными червяками, которые очень стараются не привлекать к себе внимания. И в этой благородной цели нам мешал один идиот, который чего-то успел нализаться — и теперь подражал нам, но… По-идиотски.

Я, конечно, Русого имею в виду. Полночи он где-то бегал, но как только мы пошли на дело — сразу же присоединился. Все втроём мы замерли на самом краю круга, освещённого затухающим костром. Надо было оценить обстановку. Ладно, мы с Мелким оценивали, а Русый просто пытался не шевелиться. И при этом, видимо, не заснуть.

У самого костра, растянувшись в полный рост, спали южанин и глава отряда. Причём, последний нежно обнимал во сне трофейную винтовку, будто прижимая к себе плюшевого мишку. А южанин просто развалился и храпел, выводя мясистым носом затейливые рулады.

Трое отдежуривших бойцов спали во внешнем круге от костра. Ещё три кровати пустовали. Чуть дальше, у камня, лежали пленники. Они, кажется, тоже дрыхли без задних ног. Правда, в темноте было сложно разобрать, но вроде бы никто не ворочался.