Книга Центр силы, страница 52 – Лео Сухов

Вот на одном таком столбе я и вызвался посидеть ночь. Не знаю, какой чёрт меня за язык дёрнул… И сам не понял, как оказался среди добровольцев. Ну ладно Вано! У него смерть — ещё не конец. Но я-то куда полез?

Наверное, Мелкий, гад такой, на меня плохо влияет. Эта гопота вообще на любую движуху подписывается — если там, конечно, нет пункта «голодать». А мне в последние дни слишком часто с ним общаться приходится. Заразил чем-то, подлец такой…

«Так, Борис Борисович! Прекратить мандраж и мысленные гнобления Мелкого. Лучше ты от этого не станешь. И Мелкий это всё равно не услышит! Просто сиди и смотри на реку. Всё, больше от тебя ничего не требуется!..».

«Блинский блин! Только бы не уснуть ночью! Я ж свалюсь отсюда, и местный крокодил меня сожрёт! Причём, быстро и качественно. Вместе с оружием и одеждой. И даже следа не останется! Помни, Борис: твоя задача — не только увидеть, но и дожить до утра, чтобы всё рассказать!».

«А ещё запомнить, что план предложил Дунай… А Ром, сука, на слабо меня взял, что я не просижу у разлива всю ночь! Обоим двум это припомню! Страшно-то как, ёшкин кот!».

Вот такие мысли и лезли мне в голову. А всё потому, что сидел я на берегу того самого разлива с омутом, где обитал гадский крокодил. И сейчас наступала тёмная ночь, когда эта зверюга просыпается и с какого-то перепуга грызёт Алтари.

А где-то там, по реке, плыл плот с камнем, по краям которого горели факелы. И мне надо было проследить, что с ним дальше будет. Выше по течению сидел Мелкий. У него ещё был шанс до утра «отстреляться» и вернуться в посёлок Намжала, чтобы поспать. Впрочем, у меня тоже был. А вот у Вано — ниже по течению — шансов выспаться уже не было.

Хотя обманывать себя нехорошо. Не собирался я шастать по местным равнинам в темноте и одиночестве! До сих пор вспоминаю тело Одиночки, и не по себе становится… Бр-р-р-р! Лучше уж дождусь тех, кто меня завтра утром заберёт.

В разливе что-то гулко плеснуло, и я напрягся, крепче цепляясь руками за камни кладки. Страшно было до жути! И ведь я понимал, что два метра от крокодила-то ещё защитят. А вот если лёвик появится, такой же, как Одиночку задрал… Да ему два метра на один прыжок!

Снова гулкий плеск… Долгий такой, будто кит неподалёку вынырнул.

А потом в темноте показались четыре жёлтых огонька. И все они довольно быстро приближались. Но это не зверь, точно! Я пламя факелов ни с чем не спутаю! Это плот с камнем несёт течением.

Бурная река быстро подтащила плот к омуту. А затем его вынесло на гладь воды в разливе. Плот закрутился на струях течения. Он плыл сначала быстро, затем — уже по инерции, медленнее. А потом и вовсе пополз как черепаха, постепенно смещаясь к исходящему речному потоку.

Ничего не происходило, и от этого было почему-то ещё страшнее. Вот снова раздался в темноте долгий плеск… Я напрягся, до рези в глазах вглядываясь в темноту. Старался даже не моргать. И, не отрываясь, смотрел на плот, чтобы если что — не пропустить момент атаки.

Но, как оказалось, пропустить это невозможно. Вот снова раздался уже знакомый плеск… Только на этот раз в свете факелов на глади разлива отчётливо виднелась длинная спина. С тремя продольными гребнями костяных пластин.

Я смотрел на эту спину… А она всё не кончалась и не кончалась, заставляя напрягаться ещё больше…