Книга Загонная охота, страница 106 – Лео Сухов

Последними уходили верные соратники Влада. Те самые, которых мы ещё в первую встречу брали в плен. Они бросили оружие демонстративно, зло покосившись на лидера.

И остался перед нами только Влад. Ещё где-то с минуту он стоял и тяжело дышал. А потом бросил копьё, топор — и с унылой мордой поплёлся назад.

Предательское солнце блеснуло на слезе, прокатившейся по его щеке. Влад шёл и плакал от обиды. Пинал от злости мелкие камешки. И что-то бормотал себе под нос. Жалкое… Нет, душераздирающее зрелище!..

Я бы на его месте не сдался. И дело даже не в том, что надо было героически умереть. Нет, вовсе не обязательно. Если не за правое дело, а по дури — это скукота полная!.. Когда я ещё думал, что буду в одиночку уходить, то просчитывал варианты. И понял, что если меня попытаются задержать, то надо добраться до восточного редута бегом. Именно так я бы и поступил, окажись на месте Влада.

Ведь не надо быть гением, чтобы понять: ни он, ни Дмитрий с нами не останутся. Будут с позором выпровожены. И отправлены на все четыре стороны. Впрочем, не так уж много у них было путей отхода… С запада надвигались бестии, а на востоке — их никто не ждал. В общем, гуманнее было бы сразу пристукнуть, но мы-то ни разу не гуманисты — и всегда даём человеку шанс.

— Идиоты!.. — проговорила Кострома. — Просто идиоты… Вано, бери своих! Собирайте оружие и тащите сюда. Чемодан, помогите им! Девушки, спускаемся, не боимся… Рома, помоги Вере у Алтаря. Притащите троих связанных сюда. Потом идём к навесам и забираем Сочинца, если ещё жив. Быстрее! Так, быстро заканчиваем, и Влада под арест! Времени не теряем! Давайте!..

— Сдаётся мне, спасти Влада может только чудо… — пробормотал Трибэ.

И мне почему-то захотелось шлёпнуть его по губам, чтобы не «каркал».

Вот не знаю, почему. Интуиция, наверно... И ведь чудо случилось! Со стороны южного редута показалась девушка, которая очень спешила и кричала на бегу:

— Там люди! Много людей бежит! Прямо к нам! А за ними гонятся!..

Чудо пришло… Но таковым его могли считать разве что Дмитрий и Влад.

Дневник Листова И.А.

День двадцатый. И это — стена, но есть нюанс…

Милые иногда бранятся так, что кажется, будто сейчас произойдёт, как минимум, акт рукоприкладства. А, возможно, даже и смертоубийства. Но происходит только вандализм! И случается он обычно в тот момент, когда испуганные соседи вызывают робота-участкового.

После чего поступает сигнал уже к роботам-полицейским. И всё заканчивается в итоге либо штрафом, либо манипуляторо-прикладством… Как раз по «милым», которые единым фронтом выступили против муниципального имущества… Ну то есть, против робота-участкового.

Это я к тому, что после появления за стенами каких-то пришлых бегунов все тут же забыли, что надо делиться на «новичков» и «старичков». Отложили в сторонку разногласия и раненых — и ломанулись смотреть, что же там такого интересного происходит.

Из тех, кто был на ногах, не побежал только Влад: он был обижен, расстроен и ждал несправедливого суда победителей. А вот все остальные толпой кинулись на южный редут.

По каменистому склону, между валунами и скальными выступами, через редкую поросль особо упёртых, а потому пробивших камень корнями растений бежали люди в белых трико, поверх которых была натянута разнообразная одежда. А их преследовали звери с серыми шкурами и яркими голубыми глазами.