Книга Колонист «Вано», страница 60 – Лео Сухов

— Откуда палка? – поинтересовался один из тех троих, кто его спугнул.

Я посмотрел на говорившего, а затем на его приятеля и приятельницу… И сразу вспомнил, кого дурак видит издалека… Впрочем, нет, ребята были явно военные, так что поговорку стоит даже мысленно приберечь на другой случай. Эти трое наверняка в своих капсулах не рыдали, а обстановку сосредоточенно изучали…

Во всей нашей развесёлой компании военных оказалось трое. Двое мужчин и женщина. Их легко можно было отличить в современном земном обществе: по уверенному взгляду и прямой спине. А ещё по поведению, которое как бы намекало, что ребята действительно умеют решать проблемы.

Отчасти так получилось потому, что роботов противника можно уничтожить: роботами и артиллерией. И танки противника можно уничтожить: роботами и артиллерией. И корабли противника можно уничтожить: роботами и артиллерией. И даже пехоту противника можно уничтожить: роботами и артиллерией.

Вот только ни роботы, ни артиллерия не смогут держать территории под контролем. А это, как я понимаю – по умолчанию, и суть, и цель любой войны. Робот слишком рационален, чтобы кого-то жалеть. Ни один алгоритм не сможет описать нюансы жизни и человеческих взаимоотношений на занятой чужими войсками земле. А значит, сначала занимать территорию должны люди.

Это потом туда нагонят специалистов, проложат электричество, поставят магнитные указатели и запустят полицию – кстати, тоже роботов. Но сначала там появятся люди – с оружием и полевыми кухнями. И это даже если на территории и населения-то почти не осталось.

В общем, военные до сих пор служат, не в пример представителям других профессий. И даже кое-что умеют: может, и не как в старых фильмах, где от одного удара кулака разлетались толпы врагов, но явно больше, чем обычные люди. Поэтому на заданный вопрос я ответил предельно серьёзно:

— Из леса, вестимо. Во-он из той лесополосы ниже по склону! – я указал направление. – Если пойдёте, под ноги смотрите. Живности много разной...

— Благодарю… Я, кстати, Сочинец, – представился мужчина, явно используя позывной, а не настоящее имя.

— Кострома, – назвала себя девушка.

— Дунай, – объявил третий.

Каюсь, я не выдержал и глупо шутканул:

— Ага, значит, мне на «и-краткую»… Йошкар-Ола!

— Так Дунай – это река, – заметила девушка-военная, слегка улыбнувшись.

— Ну я-то из посёлка в Приморском крае, – усмехнулся Дунай. – Он тоже Дунай.

— А-а-а… Ну тогда мне на «А». Астрахань! – не стала возражать Кострома.

— Хорош зубоскалить! – прервал нас Сочинец. – Надо будет тоже к лесу дойти, как потеплеет. Как там с деревьями, Вань? Что растёт?

— Дерьмо там растёт, а не деревья! – признался я. – Но я уже в сумерках ходил и прошёлся по самой окраине леса. Так что могу ошибаться.

— Разберёмся!

И они были не последними, кто решил со мной пообщаться… Подходил парень с грустной рожей: спрашивал, как я верёвки сплёл. Подходила девушка в трёх слоях трико и нижнего белья: спрашивала, зачем я вчера беременного изображал. Подходил крепко сбитый парень, представившийся Борисом: спрашивал про жуткого хомяка. Услышал про пять красных зрачков, почему-то расстроился – и, выругавшись себе под нос, ушёл.

Любопытные вскоре закончились, и мне удалось несколько минут понаблюдать за собравшимися. А заодно послушать, о чём они говорят, и что – во всяком случае, вслух! – думают. Ну и заодно определить, что и как здесь, в местном обществе, складывается.