Книга Последний Хаос, страница 73 – Лео Сухов

— Нет, это не наше дело, — улыбнулся Саянг. — Теперь не наше…

— Вот ты вредный! — оценил Эйт. — Что-то знаешь, но молчишь и не признаёшься… Давай уже, рассказывай!..

— А ты, вон, своими ушами оратора послушай! — кивнув на сцену амфитеатра, посоветовал Саянг. — Ради этого, должен признаться, я вас и вытащил.

Оратор же гнал по амфитеатру волну божественного возмущения. И волей-неволей боги нервно переглядывались, хотя сама история звучала настолько невероятно, что многие сомневались. Какие-то низшие существа, способные раскалывать божественные защиты, как ореховую скорлупу? Нелепо!

Но Туц-Ико говорил с такой убеждённостью, с такой искренней верой в каждое слово, что даже скептики начали сомневаться. Даже те, кто считал его рассказ чистейшим вымыслом, невольно задумались: а вдруг? Может, стоит уничтожить эту странную угрозу, пока загадочный узел не стал по-настоящему опасным?

— Слушай, ну это же бред какой-то! — немного послушав, хмыкнул Эйт. — Я в жизни своей не поверю в такой перекос в Упорядоченном. Откуда ему вообще взяться-то?

— Это мы с тобой знаем, а местные молодые боги даже не догадываются, что в Упорядоченном упорядочено всё до последнего зёрнышка, — улыбнулся Саянг. — Вон, смотри, как встревожились…

— Ты так говоришь, будто это наши дети, и мы их воспитывали, — пробурчал Эйт. — Нет, друг, мы тут ни при чём! Просто в боги записали каких-то левых разумных, не проверив предварительно на интеллект.

— Да нет, это все разумные такие, — парировал Саянг. — Пока не проживут хотя бы пару тысяч лет.

— Слушай, далеко не все боги могут протянуть столько! — Эйт насупился. — Мне вот недавно только тысяча стукнула, и то меня можно считать счастливчиком. Выжил там, где мог бы много раз помереть. А эти наверняка помрут.

— И придут новые, молодые и глупые… — кивнул Саянг.

— Я таким глупым не был, даже когда только стал богом! — вздохнул Эйт. — Ты же меня помнишь в те годы, да? Значит, видел, что я поумнее был, чем эти все…

— Ты — да. Один из немногих, кто сразу подавал надежды, — кивнул Саянг. — А эти, вон, уши по плечам развесили… Туц-Ико несёт невесть что, а они и рады.

Хмыкнув, Эйт снова прислушался к речи, раздававшейся со сцены амфитеатра. А Саянг смотрел на собравшихся и недоумевал, почему никто до сих пор не погнал Туц-Ико со сцены.

— Саянг, но он же бредит! — наконец, вынес вердикт Эйт. — У него в рассказе одна логическая несостыковка имеет другую в самых жарких позах!

Его последние слова прозвучали довольно громко, и сидевшие поблизости начали на него оглядываться.

— Да, логика хромает, — кивнул Саянг.

— Ну так это… Ты скажи им! — возмутился Эйт.

— А зачем? — поинтересовался Саянг.

— Что значит зачем?.. — не понял Эйт. — На сцену выбрался какой-то дурак, несёт жуткую чушь… А ты у нас здесь самый старый, самый опытный. Останови его!

— Зачем? — повторил вопрос Саянг.

— Ну это же мерзость какая-то… Ну просто вообще… — смутился Эйт.

— Справедливости хочешь? — лукаво усмехнулся древний бог, глядя на приятеля.

— А ты что, не хочешь? — удивлённым взглядом ответил ему Эйт.

— А я в неё, знаешь ли, не очень верю! — признался Саянг. — Но если ты хочешь — не сдерживай себя. Выскажи ему всё, что думаешь о его речах.

— А может, и вправду да? — Эйт чуть склонил голову, задумался, а потом кивнул: — А знаешь, ты прав. Чего я тебя-то трясу… Мне тысяча лет исполнилась, я большой мальчик! Имею право разок высказаться без очереди, так?